Суд округа	Количество рассмотрен-ных дел	Количество дел, по которым отменены судебные акты	Отношение отмен к количеству рассмот-ренных дел, %	Количество дел, направленных на новое рассмотрение	Отношение дел, направленных на новое рассмотрение, к делам, по которым отменены судебные акты, %
1	2	3	4	5	6
Арбитражный суд Республики Адыгея	110	46	41,8	31	67,4
Арбитражный суд Республики Дагестан	168	56	33,3	41	73,2
Арбитражный суд Республики Ингушетия	32	23	71,9	13	56,5
Арбитражный суд Кабардино-Балкарской Республики	87	27	31	16	59
Арбитражный суд Республики Калмыкия	98	46	46,9	37	80,4
Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики	75	26	34,6	19	73
Арбитражный суд Краснодарского края	1 276	452	35,4	293	64,8
Арбитражный суд Ростовской области	786	202	25,6	121	60
Арбитражный суд Республики Северная Осетия - Алания	53	22	41,5	17	77,2
Арбитражный суд Ставропольского края	346	124	35,8	78	62,9
Арбитражный суд Чеченской Республики	15	13	86,6	11	84,6
ФАС СКО	27	2	7,4	-	-
Всего	3 073	1039	33,8	677	65,1

РАЗДЕЛ 2. АНАЛИЗ АКТУАЛЬНЫХ ВОПРОСОВ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ И ЕДИНООБРАЗИЯ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ

1. Применение норм Гражданского кодекса Российской Федерации

1.1. Общая часть Гражданского кодекса Российской Федерации

1. Предъявление иска о признании права собственности на имущество, обладающее родовыми признаками, при наличии обязательственных отношений между сторонами, является ненадлежащим способом защиты.

Общество обратилось в арбитражный суд к заводу и ООО «Цефея» с иском о признании права собственности на 1 тыс. тонн фуражной кукурузы, приобретенной по договору поставки, заключенному истцом с ООО «Цефея», и взыскании с завода неосновательного обогащения в виде стоимости 1 тыс. тонн фуражной кукурузы.

Суды отказали в удовлетворении иска. Оставляя судебные акты без изменения, суд кассационной инстанции указал следующее. В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты гражданских прав является требование о признании права. Иск о признании права собственности может быть удовлетворен, если истец являлся собственником на момент обращения с иском (поскольку нельзя признать за лицом несуществующее право), но его права оспариваются или не признаются другим лицом, не находящимся с собственником в обязательственных отношениях по поводу спорной вещи. По смыслу статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации объектом права собственности может быть только индивидуально-определенная вещь, т. е. конкретная вещь, которую можно идентифицировать, выделить среди других вещей. Таким образом, иск о признании права собственности на имущество (вещно-правовой иск) не может быть предъявлен при наличии обязательственных отношений между собственником (истцом) и другим лицом (ответчиком), а также в случае, если спорное имущество определено не индивидуальными, а родовыми признаками.

Общество требует признать право собственности на имущество, определенное родовыми признаками (1 тыс. тонн фуражной кукурузы). По поводу данного имущества истец находится с ответчиком (ООО «Цефея») в обязательственных правоотношениях (договор поставки от 09.02.05 № 04).

При таких обстоятельствах судебные инстанции правомерно отказали обществу в удовлетворении требования о признании права собственности на 1 тыс. тонн фуражной кукурузы, приобретенной по договору поставки (дело № Ф08-2283/06).

Противоречия по выводу в практике Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

2. При реорганизации должника только кредитору принадлежит исключительное право требовать привлечения к солидарной ответственности других должников.

Вступившим в законную силу решением арбитражного суда с ОАО «Ростовэнерго» в пользу общества взыскана задолженность, взыскателю выдан исполнительный лист.

ОАО «Ростовэнерго» обратилось в арбитражный суд с заявлением о замене должника - ОАО «Ростовэнерго» - в связи с его реорганизацией (в форме выделения) на солидарных должников - ОАО «Ростовэнерго», ОАО «Энергосбыт Ростовэнерго», ОАО «Ростовская генерирующая компания» и ОАО «Управляющая компания Ростовэнерго».

Суд кассационной инстанции оставил без изменения постановление апелляционной инстанции об отказе в удовлетворении ходатайства, подтвердив правильность вывода суда о том, что при реорганизации должника только кредитору принадлежит исключительное право требовать привлечения к солидарной ответственности других должников. Данный вывод соответствует статьям 60 и 323 Гражданского кодекса Российской Федерации (дело № Ф08-365/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

3. При рассмотрении требований о регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество обязательному исследованию подлежит вопрос о наличии обременений, препятствующих регистрации.

Предприниматель обратился в арбитражный суд с иском к обществу о признании действительным договора купли-продажи недвижимости и признании за истцом права собственности на объекты недвижимости, переданные по договору.

Решением суда иск удовлетворен.

Суд кассационной инстанции отменил решение, поскольку заявителем представлены документы о наложении службой судебных приставов-исполнителей ареста на спорное недвижимое имущество по обязательствам ответчика. Названное обстоятельство препятствует переходу права собственности на имущество иному лицу. Кассационная инстанция указала, что согласно пункту 2 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение договора продажи недвижимости сторонами до государственной регистрации перехода права собственности не является основанием для изменения их отношений с третьими лицами. Принимая решение о государственной регистрации перехода права собственности, суд должен проверить, имеются ли обременения на имущество, препятствующие данной регистрации.

Суд рассмотрел иск в течение нескольких рабочих дней с момента его принятия к производству, в то время как сведения о наличии обременений на имущество из органа, осуществляющего государственную регистрацию прав на недвижимое имущество, не истребованы и в материалах дела отсутствуют (дело № Ф08-1425/06).

Приведенный вывод соответствует практике Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. Высший Арбитражный Суд Российской Федерации отменил судебные акты о признании права на земельный участок, поскольку суды не исследовали вопрос о наличии иных лиц, обладающих правами на спорное имущество (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.02
№ 4744/02).

4. Новация заемного обязательства в вексельное посредством выдачи заемщиком простого векселя не требует заключения в письменной форме отдельного соглашения.

Кредитор и заемщик заключили кредитный договор, условиями которого предусмотрен возврат заемщиком денежных средств с уплатой процентов.

В погашение задолженности по кредиту заемщик выдал, а кредитор принял простые векселя.

Кредитный договор в части исполнения обязательств заемщика, оформленных выданными векселями, оспорен заемщиком. Решением и постановлением апелляционной инстанции в удовлетворении иска отказано. Суд исходил из того, что вексельные обязательства не являются частью кредитного договора и поэтому не могут быть признаны недействительными в рамках этого договора. Заемное обязательство по кредитному договору не новировано в вексельное, поскольку соответствующая сделка в письменной форме не заключалась. Природа векселя (долговое денежное обязательство) не позволяет погашать им другое долговое обязательство.

Отменяя судебные акты, суд кассационной инстанции указал, что действия сторон по исполнению и принятию исполнения в форме, не предусмотренной первоначальными условиями кредитного договора, являются сделкой (статья 153 Гражданского кодекса Российской Федерации), носящей не самостоятельный характер, а связанной с названным договором.

В случае выдачи векселя заемщиком кредитору (банку) в силу статьи 815 Гражданского кодекса Российской Федерации правила займа применяются к этим отношениям постольку, поскольку они не противоречат закону о переводном и простом векселе.

Материалы дела свидетельствуют о наличии согласованной воли сторон на преобразование первоначального обязательства (его части) по кредитному договору в вексельное обязательство. Поскольку заемщик учинил на простых векселях обычный индоссамент, кредитор получил ничем не обусловленное право требования вексельной суммы. Закон не требует в этом случае наряду с выдачей векселя заключения отдельного письменного соглашения о новации, учитывая сам характер нового, ничем не обусловленного обязательства уплатить определенную сумму, отличающегося от обязательств по кредитному договору (дело № Ф08-590/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Иная практика обнаружена в постановлении Федерального арбитражного суда Московского округа от 08.12.05 по делу № КГ-А40/11979-05. Суд пришел к выводу о незаключенности соглашения о новации кредитного обязательства в вексельное, поскольку текст соглашения подписан неуполномоченным лицом. В то же время в деле имелись доказательства фактической передачи векселей кредитору.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

Вопрос для обсуждения на президиуме или семинаре-совещании судей ФАС СКО не выносился.

5. Заявление о пропуске срока исковой давности подлежит разрешению независимо от изменения судом правовой квалификации оснований недействительности сделки (ничтожная, а не оспоримая).

Комитет Республики Адыгея по имущественным отношениям обратился с иском к администрации муниципального образования и комитету по управлению муниципальным имуществом о признании недействительными решения о приватизации завода, договора купли-продажи, заключенного муниципальным образованием и правопредшественником завода в части продажи столовой, и свидетельства о собственности. Также истец просил обязать администрацию отменить незаконные акты.

Решением суда в удовлетворении заявленных требований отказано в связи с истечением срока давности.

Постановлением апелляционной инстанции решение отменено, требования о признании недействительными решения о приватизации, договора купли-продажи и свидетельства о праве собственности удовлетворены, в остальной части иска отказано. Судебный акт мотивирован тем, что ответчики просили применить исковую давность в отношении оспоримой сделки, в то время как по делу рассматривается спор о признании сделки ничтожной и об оспаривании актов органов местного самоуправления.

Кассационная инстанция отменила постановление апелляционной инстанции, указав на запись в протоколе судебного заседания о просьбе ответчика применить срок исковой давности. Сведения о том, что данное заявление ответчик сделал в отношении части иска, а не всех заявленных требований, отсутствует. Решение о приватизации является одним из составных элементов сделки приватизации. Таким образом, заявление о пропуске срока давности подлежало применению ко всем заявленным требованиям (дело № Ф08-1935/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

6. Конкурсный управляющий не вправе распоряжаться долями в уставном капитале признанного банкротом общества, поскольку эти доли являются собственностью участников общества, а не самого общества.

Участник ООО обратился с иском к обществу о признании недействительным решения общего собрания учредителей.

Суд первой инстанции отказал в иске, указав, что конкурсный управляющий во исполнение решения собрания кредиторов реализовал 100% доли в уставном капитале общества по договору купли-продажи, соответственно, покупатель правомочен принимать решения, отнесенные к компетенции общего собрания участников общества.

Кассационная инстанция оставила без изменения постановление апелляционной инстанции, которым решение отменено, а иск удовлетворен.

Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» не содержит положений, позволяющих сделать вывод о переходе к конкурсному управляющему полномочий по распоряжению долями участников общества-должника. Согласно пункту 1 статьи 25 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» обращение по требованию кредиторов взыскания на долю (часть доли) участника общества в уставном капитале общества по долгам участника общества допускается только на основании решения суда при недостаточности для покрытия долгов другого имущества участника общества. В силу статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации только собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом, а в соответствии с Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью» одним из оснований перехода к обществу доли уставного капитала является вступившее в законную силу решение суда об исключении участника из общества с ограниченной ответственностью. Такое решение в материалах дела отсутствовало. Следовательно, принимая решение о продаже 100% доли общества, конкурсный управляющий нарушил законные права и интересы участника общества по владению, пользованию и распоряжению своим имуществом, а также права, предусмотренные статьей 8 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (дело № Ф08-305/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

7. При рассмотрении негаторного иска суд должен установить отсутствие у истца иной возможности свободно пользоваться принадлежащим ему имуществом.

Фирма обратилась в арбитражный суд с иском об устранении препятствий в пользовании зданием склада путем демонтажа ограждений, перекрывающих подъезд к складу.

Суд кассационной инстанции оставил без изменения судебные акты, которыми отказано в иске, указав при этом, что судебные инстанции пришли к правильным выводам об отсутствии у фирмы препятствий в использовании принадлежащего ей складского помещения ввиду наличия альтернативного проезда к этому помещению (дело
№ Ф08-282/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

8. Факт отсутствия регистрации права хозяйственного ведения предприятия на переданное муниципалитетом имущество не влияет на возможность обращения взыскания на него по исполнительным документам. Обращение взыскания возможно на имущество, находящееся в законном владении предприятия.

Муниципалитет обратился с иском об исключении из описи и освобождении от ареста имущества унитарного предприятия.

Судебные инстанции удовлетворили иск. Поскольку право хозяйственного ведения на часть имущества не зарегистрировано за предприятием, то у него это право не возникло.

Окружной суд отменил судебные акты и направил дело на новое рассмотрение.

Спорное имущество передано предприятию, что установлено материалами дела и не оспаривается сторонами. В силу пункта 1 статьи 299 Гражданского кодекса Российской Федерации право хозяйственного ведения или право оперативного управления имуществом, в отношении которого собственником принято решение о закреплении за унитарным предприятием или учреждением, возникает у этого предприятия или учреждения с момента передачи имущества, если иное не установлено законом и иными правовыми актами или решением собственника (дело № Ф08-1635/06).

Практика окружных судов по вопросу о том, с какого момента у муниципального унитарного предприятия возникает право хозяйственного ведения на недвижимое имущество, противоречива.

Если имущество передавалось до 1998 года, суды исходят из того, что достаточно решения собственника и факта передачи имущества: постановления Федерального арбитражного суда Волго-Вятского округа по делу № А39-3732/04-285/1, Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа по делу
№ А33-7159/04-С2-Ф02-5518/05-С2. Однако в отношении случаев передачи имущества после 1998 года практика неединообразна:

1) право возникает при государственной регистрации:

постановления Федерального арбитражного суда Западно-Сибирского округа по делам № Ф04-9945/05(19033-А46-13), Ф04-6630/05(15127-А45-38), Федерального арбитражного суда Московского округа по делам № КГ-А40/4768-05, КГ-А04/118-05, Федерального арбитражного суда Поволжского округа по делу № А12-11876/04-С40, Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа по делу № А26-5725/05-213, Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа по делу № Ф08-1554/04;

2) для возникновения права достаточно передачи имущества:

постановления Федерального арбитражного суда Волго-Вятского округа по делу № А82-5101/05-1, Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа по делам № А74-4825/04-Ф02-3663/05-С2, А19-14316/04-22-Ф02-1316/05-С2, Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа по делу № Ф03-А04/05-1/1199, Федерального арбитражного суда Московского округа по делу № КГ-А40/9868-04, Федерального арбитражного суда Уральского округа по делу № Ф09-4131/05-С3.

Вопрос на обсуждение не выносился.

9. Исходя из установленного статьей 299 Гражданского кодекса Российской Федерации момента возникновения у предприятия права хозяйственного ведения на закрепленное за ним имущество, указанное право, а следовательно, и право на защиту вещно-правовыми способами, у предприятия не возникает, если имущество ему фактически не передано.

Унитарное предприятие обратилось с иском к обществу об истребовании из незаконного владения здания.

Судебные инстанции отказали в иске.

Окружной суд согласился с выводами судов.

Из смысла пункта 1 статьи 299 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что право хозяйственного ведения имуществом возникает у лица при наличии двух условий: принятия собственником решения о закреплении за унитарным предприятием имущества на праве хозяйственного ведения и передачи ему указанного имущества. Согласно статье 224 Кодекса вещь считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя или указанного им лица. Спорное имущество не было передано в хозяйственное ведение предприятию. Таким образом, у него не возникло вещное право, подлежащее защите путем применения вещно-правовых способов защиты (дело № Ф08-1440/06).

Аналогичный вывод сделан Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации в постановлении от 06.04.04 № 15828/03.

В практике Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа по делу № Ф03-А51/04-1/1155 сделан следующий вывод: «Факт закрепления муниципального имущества на балансе унитарного предприятия признается передачей имущества и создает только презумпцию наличия у предприятия права хозяйственного ведения. Поэтому для возникновения данного права у предприятия должно быть решение собственника, волеизъявление которого направлено на закрепление имущества за унитарным предприятием, которое будет владеть, пользоваться и распоряжаться им».

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

Вопрос на обсуждение не выносился.

10. Гражданское законодательство предусматривает в качестве обязательного условия для признания права собственности на самовольную постройку предоставление соответствующего участка под возведенное строение. Предоставление земельного участка в аренду под базу отдыха в целомсуществующий объект не свидетельствует о том, что администрация выразила волю на предоставление участка под самовольную постройку.

Общество обратилось с иском к администрации о признании права собственности на самовольно возведенное строение.

Суд первой инстанции отказал в иске, поскольку земельный участок под постройку не предоставлен, кроме того, она не отвечает противопожарным требованиям и действующим санитарным нормам и правилам.

Окружной суд поддержал решение, отметив следующее.

Право собственности на самовольную постройку не может быть признано за лицом, осуществившим постройку, если сохранение постройки нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц либо создает угрозу жизни и здоровью граждан (абзац 3 пункта 3 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации). Гражданское законодательство предусматривает в качестве обязательного условия для признания права собственности на самовольную постройку предоставление соответствующего участка под возведенное строение, обязательство уполномоченного органа предоставить земельный участок под возведенную постройку в последующем. Как видно из материалов дела, по договору аренды администрация предоставила земельный участок под базу отдыха в целом. Доказательства того, что администрация выразила волю на предоставление участка под самовольную постройку, в материалах дела отсутствуют. Обществу разрешено производство работ по реконструкции базы отдыха на арендованном земельном участке. Администрация не согласна с изменением целевого назначения земельного участка под возведенной постройкой.

Довод истца о том, что спорный объект не создает угрозы жизни и здоровью граждан, отклонен, поскольку гражданское законодательство предусматривает в качестве обязательного условия для признания права собственности на самовольную постройку предоставление соответствующего участка под возведенное строение, обязательство уполномоченного органа предоставить земельный участок под возведенную постройку в последующем (дело № Ф08-1445/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

11. При возникновении доверительного управления на основании закона управляющий наследственным имуществом не вправе управлять долями хозяйственного общества путем голосования на общих собраниях, распоряжаться наследственным имуществом путем заключения различных сделок. Его задача состоит в охране наследственного имущества и обеспечении правопреемства наследников.

Участник ООО обратился с иском о признании недействительным решения общего собрания участников общества.

Судебные инстанции иск удовлетворили в связи с тем, что решение общего собрания принято в отсутствие необходимого кворума, предусмотренного в уставе.

Кассационная инстанция изменила судебные акты путем дополнения мотивировочной части указанием на ничтожность пункта договоров доверительного управления имуществом по управлению долями в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, принадлежащих наследодателям. Согласно статьям 1026 и 1173 Гражданского кодекса Российской Федерации при наследовании доверительное управление возникает в силу закона. Из названных положений следует, что объем прав доверительного управляющего по договору доверительного управления зависит от того, возникает ли данный договор по волеизъявлению собственника имущества либо на основании закона. Учредитель управления в лице собственника долей в уставном капитале общества вправе передать доверительному управляющему любые полномочия по осуществлению юридических и фактических действий по управлению долями только по договору. При возникновении доверительного управления на основании закона в случае открытия наследства необходимо учитывать существо, цели и задачи доверительного управления наследственным имуществом. В статье 1171 Кодекса указано, что доверительное управление применяется нотариусом в числе других необходимых мер по охране наследства и управлению им, предназначено в качестве меры для защиты прав наследников, отказополучателей и других заинтересованных лиц. Основная задача доверительного управления в этом случае состоит в том, чтобы обеспечить правопреемство при передаче наследственного имущества наследникам, действовать в интересах наследников в целях сохранности имущества. При исполнении такого договора воля доверительного управляющего не может подменять волю лица, интересы которого он охраняет. Доверительный управляющий должен блокировать любые решения, направленные на распоряжение наследственным имуществом, и не вправе выражать собственное волеизъявление при управлении имуществом. Возможности доверительного управления наследственным имуществом ограничены, он не вправе управлять долями путем голосования на общих собраниях, распоряжаться имуществом путем заключения различных сделок, его задача состоит лишь в охране наследственного имущества, в недопущении принятия решений, способных причинить вред имущественным интересам будущего наследника, либо возложения на него дополнительных обязанностей. В силу особенностей полномочий доверительного управляющего действия лица, направленные на изменение устава общества, предпринятые на общем собрании, являются распорядительными, а не охранительными и не соответствуют статусу доверительного управляющего наследственным имуществом.

Поскольку в уставе общества с ограниченной ответственностью на основании Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» предусмотрена возможность перехода долей к наследникам участников общества только с согласия остальных участников общества, то права по управлению делами общества, вытекающие из обладания долями в обществе, могут осуществлять лишь наследники, получившие такое единогласное разрешение от остальных участников общества. В случае отсутствия такого разрешения доля переходит на баланс общества, а наследники получают лишь действительную стоимость доли, но не права, вытекающие из обладания долей.

Таким образом, по смыслу гражданско-правовых норм о сущности отношений по доверительному управлению имуществом, доверительный управляющий не может осуществлять права члена общества по управлению долями путем голосования на общих собраниях общества (дело № Ф08-635/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

12. На требование о признании права собственности, когда оно не связано с лишением владения, не распространяется исковая давность (статья 208 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Общество обратилось с иском к фирме о признании недействительной государственной регистрации права собственности ответчика на имущество и признании права собственности на спорное объекты.

Суды удовлетворили иск. Поскольку общество приобрело спорные объекты на торгах, действительность сделки, заключенной по результатам торгов, установлена вступившими в законную силу судебными актами; на момент приобретения имущества истцом филиал учреждения юстиции не был создан, поэтому регистрация произведена только в Бюро технической инвентаризации.

Окружной суд согласился с выводами судов. Довод ответчика о неправомерном отклонении заявления о пропуске срока исковой давности не принят, так как имущество не выбывало из фактического владения истца. Между тем на требование о признании права собственности, когда оно не связано с лишением владения, не распространяется исковая давность (статья 208 Гражданского кодекса Российской Федерации)
(дело № Ф08-1816/06).

Практика Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа основана на позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 02.08.05 № 1206/05.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

13. Добросовестность приобретателя не является основанием к отказу в иске о признании сделки ничтожной.

Акционеры обратились с иском со следующими требованиями: признать недействительными сделки с обыкновенными именными акциями общества, принадлежащими истцам, истребовать спорные акции и внести соответствующие изменения в лицевые счета указанных лиц в системе ведения учета владельцев ценных бумаг.

Суд первой инстанции отказал в иске, поскольку на момент рассмотрения дела в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись о ликвидации общества, выпуск истребуемых акций аннулирован.

Суд кассационной инстанции в части отказа в иске об истребовании акций оставил решение без изменения, в остальной части отменил, направил дело на новое рассмотрение. Вывод суда о том, что собственник не вправе прибегнуть к такому способу защиты, как признание недействительными сделок, совершенных по отчуждению его имущества, когда оно приобретено добросовестным приобретателем, противоречит статье 302 Гражданского кодекса Российской Федерации и правовой позиции, выраженной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.03 № 6-П. Согласно пункту 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.98 № 8, если по возмездному договору имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения лица, приобретшего это имущество. Если в такой ситуации собственником заявлен иск о признании недействительной сделки купли-продажи и возврате имущества, переданного покупателю, и при разрешении данного спора будет установлено, что покупатель отвечает требованиям, предъявляемым к добросовестному приобретателю (статья 302 Кодекса), в удовлетворении исковых требований о возврате имущества должно быть отказано. Таким образом, в описанной ситуации при наличии добросовестного приобретателя следует отказать в иске о применении последствий недействительности сделок, возврате имущества собственнику, но не в иске о признании сделок ничтожными (статья 168 Кодекса) (дело № Ф08-2890/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

14. В случае возведения лицом на не принадлежащем ему земельном участке самовольной постройки надлежащим способом защиты прав собственника является иск об устранении препятствий в пользовании спорным земельным участком путем обязания ответчика снести возведенное им на участке строение.

Общество обратилось с иском об истребовании из незаконного владения ответчика земельного участка и обязании за свой счет снести самовольную постройку, находящуюся на данном земельном участке.

Решением в иске отказано, поскольку истец не пояснил, какое именно строение является объектом самовольного строительства и какую площадь оно занимает.

Окружной суд поддержал выводы суда апелляционной инстанции, отменившего решение. Надлежащим способом защиты прав истца в рамках данного дела является иск об устранении препятствий в пользовании спорным земельным участком путем обязания ответчика снести возведенное им на участке строение. В силу статей 304 и 305 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник либо иной законный владелец может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения. Самовольно занятые земельные участки полежат возврату указанным лицам (статья 76 Земельного кодекса Российской Федерации) (дело № Ф08-93/06).

Окружной суд придерживается практики Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (постановления от 03.10.2000 № 1183/00 и от 14.03.06 № 13329/05).

В практике Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа (дело № Ф03-А51/06-1/3709) и Федерального арбитражного суда Центрального округа (дело № А68-АП-64/Я-03-04) в указанной ситуации рассматривались требования об истребовании земельного участка в порядке виндикации.

Вопрос о том, какой способ защиты в указанной ситуации является надлежащим - виндикационный или негаторный иск, вынесен для обсуждения на обсуждениепрезидиум ФАС СКО, однако решение не выносилсяпринято.

15. Право (требование), вытекающее из сложившихся между сторонами фактических отношений по подряду, может являться самостоятельным предметом цессии.

Должник обратился в арбитражный суд с иском о признании недействительным договора уступки права требования, заключенного кредитором с третьим лицом.

Решением иск удовлетворен на том основании, что договор подряда, по которому передано право требования, является незаключенным в связи с отсутствием условия о сроке выполнения работ.

Кассационная инстанция не согласилась с выводом, указав следующее. В случае незаключенности договора подряда принятие заказчиком работ по актам приемки и дальнейшее использование результата работы, выполненной подрядчиком, свидетельствует о наличии между сторонами фактических отношений по подряду. Право (требование), вытекающее из таких отношений, может являться самостоятельным предметом договора уступки права (требования) (дело № Ф08-6474/05).

Противоречия по выводу в практике Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, ФАС СКО и иных окружных судов не обнаружены.

1.2. Споры, возникающие из корпоративных отношений; связанные с созданием, реорганизацией и ликвидацией юридических лиц

1. Установленный статьей 63 Гражданского кодекса Российской Федерации специальный режим отчуждения имущества ликвидируемого должника (путем проведения публичных торгов) исключает в указанных случаях применение правил о преимущественном праве покупки доли в уставном капитале общества (статья 21 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Компания обратилась с иском к фирме и налоговому органу о признании недействительным договора купли-продажи 96,12% доли в уставном капитале общества и записи об изменении состава участников данного общества, внесенной налоговым органом в Единый государственный реестр юридических лиц (уточненные требования).

Судебные инстанции удовлетворили иск.

Кассационный суд согласился с выводами судов, отметив следующее. Договор купли-продажи 96,12% доли в уставном капитале общества заключен председателем ликвидационной комиссии с другим участником общества (фирмой) в ходе проведения добровольной ликвидации компании. От имени компании договор подписан председателем ликвидационной комиссии. В соответствии с частью 3 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации, если имеющиеся у ликвидируемого юридического лица денежные средства недостаточны для удовлетворения требований кредиторов, ликвидационная комиссия осуществляет продажу имущества юридического лица с публичных торгов в порядке, установленном для исполнения судебных решений. Указанной нормой предусмотрен специальный режим отчуждения имущества общества, исключающий возможность применения преимущественного права покупки доли без проведения публичных торгов. Следовательно, ограничения для совершения сделок с долями уставного капитала общества с ограниченной ответственностью (статья 21 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью») могут быть применены в отношении реализации имущества, принадлежащего ликвидируемому обществу, лишь в совокупности с требованиями статьи 63 Кодекса (дело № Ф08-465/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

2. Уступка вышедшим участником общества третьему лицу права требования к обществу выплатить стоимость принадлежащей ему доли является правом требования конкретной денежной суммы. Иных обязательств у общества перед третьим лицом не возникает, поэтому требования о признании недействительным решения общего собрания об определении стоимости доли вышедшего из общества участника и взыскании суммы, сверх выплаченной, не подлежат удовлетворению.

Предприниматель обратился с иском к обществу о признании недействительным решения общего собрания участников общества об определении стоимости совокупной доли вышедших из общества участников и взыскании с общества действительной стоимости доли указанных лиц.

Суд первой инстанции удовлетворил иск исходя из того, что оспариваемым решением общего собрания общества действительная стоимость доли вышедших участников занижена.

Постановлением апелляционной инстанции решение суда отменено, в иске отказано. Право требования перешло к предпринимателю в конкретной денежной сумме, обусловленной мировым соглашением, заключенным предпринимателем и вышедшими участниками в суде общей юрисдикции.

Окружной суд согласился с выводами апелляционной инстанции.

Участники вышли из общества в 2002 году. У общества возникла обязанность определить стоимость доли вышедших участников и выплатить им соответствующую сумму исходя из данных бухгалтерской отчетности за 2002 год. Право требования перешло к предпринимателю на основании мирового соглашения, утвержденного судом общей юрисдикции. Из содержания мирового соглашения следует, что бывшие участники являлись должниками истца по договору займа в определенном размере. Спор между сторонами мирового соглашения возник из заемных отношений, в связи с этим их общая воля и цель договора уступки права требования должны определяться с учетом норм, регулирующих договор займа, и не могут этим нормам противоречить. Статья 807 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает императивный принцип равенства возвращаемой суммы сумме займа (за исключением процентов на заем), который не может быть изменен соглашением сторон. Передача займодавцу большей суммы денег предполагает наличие между сторонами займа иных отношений (например, дарение), выходящих за рамки займа.

Таким образом, нормы материального права и конкретные обстоятельства рассматриваемого дела не давали оснований для вывода о том, что бывшие участники общества передали предпринимателю право требования денежной суммы, превышающей сумму займа и проценты. Следовательно, предприниматель являлся обладателем права требования указанной суммы. Объем переданных цедентами прав определен в конкретной денежной сумме и не требует дополнительно определения действительной стоимости чистых активов общества. Данный вывод основан на фактических обстоятельствах дела и соответствует нормам материального права, регулирующим отношения по договорам займа и уступки права требования (статья 384 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также выявленной с учетом всесторонней оценки доказательств воле цедентов (дело № Ф08-6713/05).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

3. Кредитор в лице бывшего участника общества вправе требовать признания недействительной сделки, заключенной должником с третьим лицом, если она препятствует надлежащему выполнению перед ним обязательства. Однако истец должен доказать невозможность исполнения решения суда о взыскании стоимости доли за счет имущества действующего юридического лица.

Лицо обратилось с иском о признании недействительными решения единоличного участника ООО, передаточного акта, учредительного договора вновь созданного общества, свидетельства о государственной регистрации права собственности нового общества на спорную недвижимость и применении последствий ничтожности сделки в виде возврата в собственность ООО нежилого помещения. Исковые требования мотивированы тем, что созданием нового общества нарушены его права на получение действительной стоимости доли как бывшего участника ООО.

Суд первой инстанции в иске отказал, так как на момент проведения оспариваемого собрания истец утратил статус участника общества в связи с подачей заявления о выходе и вправе обратиться с соответствующим требованием к ООО.

Суд кассационной инстанции оставил без изменения судебный акт, указав следующее. Согласно статье 4 Арбитражного процессуального кодекса защите подлежит только законный интерес. Законный интерес кредитора состоит в том, чтобы должник исполнил обязательство перед этим кредитором надлежащим образом. Следовательно, у кредитора есть право требовать признания недействительной сделки, заключенной должником с третьим лицом, если она препятствует надлежащему выполнению обязательства. Однако истец сначала должен использовать все допустимые средства для исполнения решения суда о взыскании стоимости доли за счет имущества действующего юридического лица.

До представления и исследования судом доказательств о невозможности исполнения решения суда о взыскании стоимости доли за счет имущества ООО истец не вправе ссылаться на нарушение его интересов при формировании уставного капитала другого общества. Истец, являясь кредитором ООО, не вправе оспаривать сделку должника о передаче имущества в уставный капитал другого общества, основываясь лишь на предположении, что это приведет к ненадлежащему исполнению обязательств должника перед данным кредитором. При представлении доказательств о невозможности исполнения обязательства за счет имущества ООО кредитор при наличии фактических и правовых оснований может рассматриваться как заинтересованное лицо, имеющее право в силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требовать применения последствий недействительности ничтожной сделки (дело № Ф08-254/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

4. В случае несоответствия государственной регистрации увеличения уставного капитала за счет имущества общества фактическим отношениям сторон надлежащим способом защиты является признание недействительным соответствующих сведений онедействительной государственной регистрации соответствующих изменений в учредительных документах общества.

Участник ООО обратился с иском к обществу о признании недействительными решений двух общих собраний участников общества.

Судебные инстанции признали недействительным решение собрания в части исключения из состава участников истца и уменьшения уставного капитала общества, поскольку исключение участника из общества возможно только в судебном порядке; уставный капитал общества в силу положений Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» не может быть уменьшен в связи с невнесением взносов учредителями. В удовлетворении остальных требований отказано.

Окружной суд согласился с выводами судов. В силу Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» уменьшение уставного капитала общества осуществляется только двумя способами: путем уменьшения номинальной стоимости долей всех участников общества пропорционально размерам их долей и (или) погашения долей, принадлежащих обществу. Невнесение дополнительных вкладов в уставный капитал общества в полном объеме не может являться основанием для уменьшения уставного капитала в установленном законом порядке. В случае несоответствия государственной регистрации увеличения уставного капитала за счет имущества общества фактическим отношениям сторон надлежащим способом защиты является признание недействительным спорных сведений о государственной регистрации в учредительных документах общества (дело № Ф08-102/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

5. Поскольку наблюдательному совету было известно о фактах, свидетельствующих об аффилированности кандидата для избрания на пост генерального директора, то отказ во включении кандидата в список кандидатур в связи с отсутствием указанных сведений в предложении о выдвижении являлся формальным, не соответствующим смыслу и содержанию статьей 53, 55 Федерального закона «Об акционерных обществах».

Общество обратилось с иском к заводу о признании незаконным решения наблюдательного совета завода в части отказа во включении лица в список кандидатур для голосования по выборам на должность генерального директора завода.

Судебные инстанции отказали в иске, так как требование общества о включении лица в список кандидатур на должность директора в нарушение пункта 5.3 Положения об общем собрании завода не содержало полной информации об аффилированных лицах кандидата.

Кассационная инстанция отменила судебные акты и отказала в иске.

В соответствии со статьей 71 Федерального закона «Об акционерных обществах» члены совета директоров общества при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно. У наблюдательного совета завода на момент рассмотрения требования общества имелись сведения об обстоятельствах приобретения кандидатом общества и аффилированных с ним лиц акций завода. В связи с этим отказ во включении кандидата в список кандидатур для избрания на пост генерального директора являлся формальным, не соответствующим смыслу и содержанию статьей 53, 55 Федерального закона «Об акционерных обществах». Отказ нарушал права акционера, обладающего в силу закона правом внесения вопросов в повестку дня общего собрания акционеров и выдвижения кандидатов в органы управления акционерным обществом (дело № Ф08-6655/05).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

6. Если акционеры не знали о существовании фальсифицированных протоколов заседания собрания (совета директоров) на даты, указанные в протоколах, правило о том, что оспаривать решения органов управления акционерного общества могут только те лица, которые были акционерами на дату, указанную в протоколе, не подлежит применению.

Акционеры обратились с иском к обществу о признании недействительными решений совета директоров и общего собрания акционеров.

Решением иск удовлетворен.

Постановлением апелляционной инстанции решение отменено, в иске отказано, так как истцы не являлись акционерами общества на дату проведения оспариваемых заседаний совета директоров и общего собрания акционеров.

Окружной суд отменил судебные акты, направил. Направляя дело на новое рассмотрение. Кассационная, кассационная инстанция указала следующее. С учетом установленных судами фактических обстоятельств есть основания полагать, что оспариваемые заседания совета директоров и общего собрания акционеров общества в действительности не проводились. Акционеры не знали о фальсифицированных протоколах на даты, указанные в протоколах. Об этом стало известно только после внесения изменений в ЕГРЮЛ. При таких обстоятельствах не подлежит применению правило о том, что оспаривать решения органов управления акционерного общества могут только те лица, которые были акционерами на дату, указанную в протоколе (дело № Ф08-385/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

7. Предоставление юридическим лицом при регистрации недостоверных данных о своем местонахождении является устранимым нарушением, следовательно, не может служить основанием для ликвидации.

Налоговый орган обратился с заявлением о признании недействительной внесенной в государственный реестр записи о создании общества. Как считает заявитель, сообщение обществом регистрирующему органу недостоверных сведений о своем местонахождении является нарушением закона, исключающим его государственную регистрацию.

Судебные инстанции в удовлетворении заявления отказали.

Кассационная инстанция поддержала выводы судов.

Требование налогового органа о признании недействительной внесенной в государственный реестр записи о создании общества (фактически является требованием о ликвидации) в связи с тем, что данные о местонахождении общества, указанные в учредительных документах, не соответствуют действительности, не подлежит удовлетворению, поскольку отдельное нарушение нормативных правовых актов, допущенное как при создании юридического лица, так и в ходе его деятельности, само по себе не может являться основанием для его ликвидации, учитывая, что указанное нарушение носит устранимый характер (дело № Ф08-614/06).

Аналогичный подход отражен в пункте 5 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.01.2000 «Обзор практики разрешения споров, связанных с ликвидацией юридических лиц (коммерческих организаций)».

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

8. В случае выхода участника из общества подписанный этим лицом протокол общего собрания участников, на котором рассматривался соответствующий вопрос, при отсутствии заявления о выходе является надлежащим доказательством, подтверждающим волеизъявление лица на выход из состава участников общества.

Участник ООО обратился в арбитражный суд с иском о признании недействительным договора уступки доли в уставном капитале общества и применении последствий его недействительности путем возврата полученного по сделке и регистрации изменений в учредительных документах общества, связанных с возвратом доли истцу.

Решением в иске отказано, так как истец выведен из состава участников общества на основании собственного заявления, из чего следует, что он полностью передал принадлежавшую ему долю и не вправе требовать ее возврата.

Постановлением апелляционной инстанции решение отменено, иск удовлетворен. Письменное заявление истца о выходе из общества не представлено, соответственно, он из числа участников общества не выбывал.

Окружной суд отменил постановление и оставил без изменения решение. Подписанный истцом протокол содержит сведения о его выходе в связи с заключением в день проведения собрания нескольких договоров уступки доли. В протоколе отражено изменение состава участников (введение новых лиц) и уменьшение доли оставшегося участника. Участник проголосовал как за эти изменения, так и за их государственную регистрацию. Таким образом, протокол собрания при наличии подписи лица является письменным предложением (офертой) о приобретении всей принадлежащей ему доли и с достаточной определенностью отражает предмет сделки (дело № Ф08-3061/06).

Позиция Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации отражена в постановлениях от 18.01.05 № 11809/04, от 12.07.06 № 2664/06, при этом в последнем отсутствуют указания на то, что участник подавал заявление о выходе, имеется ссылка только на протокол общего собрания участников, на котором принято решение о выходе из состава участников.

В практике Федерального арбитражного суда Уральского округа выявлена противоречивая практика. Так, в постановлениях по делам № Ф09-958/2004-ГК и
Ф09-43/04-С5 категорично указывается на то, что надлежащим доказательством в подтверждение факта волеизъявления лица на выход из состава участников является соответствующее заявление. Однако согласно постановлению от 16.02.06 по делу № Ф09-837/06-С5 подписанный лицом протокол общего собрания участников, на котором рассмотрен вопрос о выходе лица, порождает правовые последствия аналогичные подаче заявления.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

1.3. Право собственности и другие вещные права, приватизация

1. Для изменения размера долей участников долевой собственности в общем имуществе в результате производства неотделимых улучшений достаточно установить, что улучшения осуществлены в установленном законом порядке использования общего имущества, т. е. с согласия участников (статья 247 Гражданского кодекса Российской Федерации). Такое согласие не предполагает обязательного определения сторонами порядка изменения размера долей в общем имуществе при производстве неотделимых улучшений. Кроме того, согласие может быть выражено в действиях, свидетельствующих об одобрении производства улучшений, вытекать из условий об использовании объекта общей собственности.

Участник долевой собственности обратился с иском к другому участнику об увеличении его доли в праве общей долевой собственности на недвижимое имущество.

Судебные инстанции отказали в иске. Произведенные истцом улучшения не дают ему права на увеличение размера доли в праве общей собственности, поскольку между сторонами (участниками долевой собственности) отсутствовало соглашение, определяющее порядок изменения размера долей в общем имуществе при производстве одной из сторон неотделимых улучшений. Документы, представленные ответчиком, позволяют сделать вывод об участии его в реконструкции объекта.

Окружной суд отменил судебные акты и направил дело на новое рассмотрение, указав следующее. Отказывая в удовлетворении исковых требований, судебные инстанции необоснованно исходили из того, что для применения пункта 3 статьи 245 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо достижение сторонами (участниками долевой собственности) соглашения, определяющего порядок изменения размера долей в общем имуществе при производстве одной из сторон неотделимых улучшений. В силу названной нормы права участник общей долевой собственности, осуществивший за свой счет с соблюдением установленного порядка использования общего имущества неотделимые улучшения этого имущества, имеет право на соответствующее увеличение своей доли в праве на общее имущество. Таким образом, для изменения размера долей участников общей долей собственности на общее имущество в результате производства неотделимых улучшений достаточно установить, что улучшения осуществлены в установленном законом порядке использования общего имущества, т. е. с согласия участников (статья 247 Гражданского кодекса Российской Федерации). Такое согласие не предполагает определения сторонами порядка изменения размера долей в общем имуществе при производстве неотделимых улучшений. Согласие может быть выражено в действиях, свидетельствующих об одобрении производства улучшений, вытекать из условий об использовании объекта общей собственности (дело № Ф08-6503/05).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

2. Необходимость предварительного соглашения участников долевой собственности о распоряжении общим имуществом и установлении порядка владения и пользования им им (статьи 246, 247 Гражданского кодекса Российской Федерации) не исключает возможности принуждения уклоняющегося собственника к выполнению совместной обязанности по содержанию имущества. Критериями применения статьи 249 Кодекса являются объективная необходимость расходов и их соразмерность доле в общей собственности.

Общество обратилось с иском к предпринимателю о взыскании расходов на асфальтобетонное покрытие территории, прилегающей к общему зданию.

Судебные инстанции в иске отказали ввиду отсутствия доказательств, подтверждающих необходимость ремонта здания и прилегающей территории, а также соглашения всех участников долевой собственности о ремонте, что, по мнению суда, исключает компенсацию расходов одного из участников.

Суд кассационной инстанции отменил судебные акты и направил дело на новое рассмотрение. Материально-правовым требованием по данному делу является взыскание расходов по содержанию имущества, находящегося в долевой собственности (статья 249 Гражданского кодекса Российской Федерации), а основаниями иска заявлены действия одного из совладельцев по благоустройству прилегающей территории. Указанная норма, самостоятельно регулирующая соответствующие отношения, не предусматривает необходимости согласия всех совладельцев для компенсации части затрат по содержанию общего имущества. Необходимость предварительного соглашения участников долевой собственности о распоряжении общим имуществом и установлении порядка владения и пользования (статьи 246, 247 Кодекса) не исключает возможности принуждения уклоняющегося собственника к выполнению совместной обязанности по содержанию имущества. Критериями применения статьи 249 Кодекса являются объективная необходимость расходов и их соразмерность доле в общей собственности (дело
№ Ф08-6280/05).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

3. Отсутствие разрешения на производство строительных работ при наличии акта государственной приемочной комиссии о приемке в эксплуатацию законченного строительством объекта недвижимости, составленного компетентной комиссией с указанием на соответствие выполненных строительно-монтажных работ требованиям проектно-сметной документации, не может являться основанием для отказа в регистрации права собственности.

Кооператив обратился с заявлением о признании недействительными распоряжений государственного регистратора о приостановлении регистрационных действий и об отказе в государственной регистрации права собственности кооператива на жилой дом и обязании управления произвести регистрацию права собственности кооператива на названный объект.

Судебные инстанции отказали в удовлетворении требований на том основании, что кооператив не предоставил полного пакета документов, необходимых для регистрации права собственности на недвижимость.

Окружной суд отменил судебные акты в части отказа в признании незаконным распоряжения регистрационной службы о приостановлении государственной регистрации и признал незаконным распоряжение, в остальной части акты оставлены без изменения.

Признавая правомерными все указания регистрационной службы на несоответствие документов, предоставленных кооперативом, судебные инстанции не приняли во внимание следующее. Отсутствие предварительного разрешения на производство строительных работ при наличии акта государственной приемочной комиссии о приемке в эксплуатацию законченного строительством объекта недвижимости, составленного компетентной комиссией с указанием на соответствие выполненных строительно-монтажных работ требованиям проектно-сметной документации, не может являться основанием для отказа в регистрации права собственности (дело № Ф08-549/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

4. Если по решению органа по управлению государственным имуществом государственное предприятие преобразовано в акционерное общество, то, независимо от завершения процедуры приватизации, в случае банкротства общества в конкурсную массу включается все имущество, переданное обществу при преобразовании предприятия.

Орган по управлению федеральным имуществом обратился с иском к заводу об истребовании из чужого незаконного владения недвижимого имущества.

Судебные инстанции удовлетворили иск на том основании, что сделку приватизации нельзя считать состоявшейся, так как акт оценки стоимости имущества и план приватизации завода не утверждены соответствующим комитетом. Право собственности на спорное имущество у общества не возникло, поэтому имущество является федеральной собственностью.

Суд кассационной инстанции отменил судебные акты и отказал в иске.

Начатая процедура приватизации государственного предприятия не завершена в установленном законодательством о приватизации порядке. Следовательно, не возникла и частная форма собственности, государственное предприятие оставалось в федеральной собственности. Между тем завод под управлением физических лиц с 1992 года осуществлял хозяйственную деятельность. Решением суда завод признан банкротом, открыто конкурсное производство. Статья 126 Федерального закона
«О несостоятельности (банкротстве)» предусматривает последствия открытия конкурсного производства. С даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства срок исполнения возникших до открытия конкурсного производства денежных обязательств и уплаты обязательных платежей должника считается наступившим. Согласно статье 131 названного Закона все имущество должника, имеющееся на момент открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу. Ввиду изложенного суд кассационной инстанции приходит к выводу, что удовлетворение иска органа по управлению федеральным имуществом приведет к нарушению прав кредиторов, подлежащих защите в приоритетном порядке при банкротстве предприятия. В соответствии со статьей 35 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» орган по управлению федеральным имуществом как представитель собственника может осуществлять защиту его интересов через участие в деле о банкротстве (дело № Ф08-425/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

5. По смыслу статей 16, 24, 25 Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», статей 219, 244, 245 и 246 Гражданского кодекса Российской Федерации регистрация права собственности на вновь созданный несколькими лицами объект недвижимого имущества с определением доли каждого сособственника (долевая собственность) осуществляется на основании заявления всех лиц, приобретающих объект недвижимости в общую долевую собственность.

Департамент имущественных отношений обратился с заявлением о признании незаконными отказов регистрационной службы в государственной регистрации права собственности Краснодарского края на 4007/5000 доли в праве собственности на подводящий газопровод и обязании отдела зарегистрировать право собственности Краснодарского края на указанное имущество.

Решением иск удовлетворен, поскольку представленный заявителем протокол учета долей инвесторов строительства газопроводов, оформленный в установленном порядке, свидетельствует об определении долей инвесторов в праве собственности на газопроводы.

Апелляционная инстанция отменила решение, в иске отказала. Протокол учета долей инвесторов не содержит сведений о виде права и размере долей в праве на газопроводы каждого собственника. Для государственной регистрации доли в праве должны быть поданы заявления от всех участников долевого строительства, так как газопроводы являются вновь возникшими объектами.

Окружной суд согласился с выводами суда апелляционной инстанции.

Основаниями для государственной регистрации возникновения прав на недвижимое имущество являются, в частности, договоры и другие сделки в отношении недвижимого имущества, совершенные в соответствии с законодательством, действовавшим в месте расположения объектов недвижимого имущества на момент совершения сделки (статья 17 Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним»).

Пунктом 1 статьи 16 Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» предусмотрено, что государственная регистрация прав проводится по заявлению правообладателя, сторон договора или уполномоченного им (ими) на то лица при наличии у него нотариально удостоверенной доверенности, если иное не установлено федеральным законом.

По смыслу статей 16, 24, 25 Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», статей 219, 244, 245, 246 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на вновь созданный объект недвижимого имущества, находящийся в собственности нескольких лиц с определением доли каждого собственника (долевая собственность), осуществляется на основании заявления всех лиц, приобретающих объект недвижимости в общую долевую собственность.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в Методических рекомендациях о порядке государственной регистрации прав общей собственности на недвижимое имущество, утвержденных Приказом Минюста России от 25.03.03 № 70, при подаче документов на государственную регистрацию права общей долевой собственности, возникающего с момента государственной регистрации, независимо от того, представили все лица, приобретающие объект недвижимости в общую долевую собственность, отдельные заявления или ими было составлено одно (общее) заявление, документы регистрируются в книге учета входящих документов под одним номером.

Таким образом, внесение записи в Единый государственный реестр о регистрации права общей долевой собственности на вновь созданное имущество возможно при предоставлении одного заявления (общего), составленного всеми участниками долевого строительства, либо при одновременном предоставлении соответствующих заявлений каждым участником (дело № Ф08-2920/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

6. Основанием иска является отказ ответчика передать истцу документы, необходимые для государственной регистрации за последним права на спорное имущество. Следовательно, надлежащим способом защиты является требование о государственной регистрации права на вещь ввиду уклонения стороны договора от такой регистрации (пункт 3 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации), а не предъявление требования о признании права собственности.

Предприниматель обратился в суд с иском о признании права собственности на нежилое помещение.

Суд первой инстанции удовлетворил иск со ссылкой на то, что истец приобрел право собственности на спорное имущество на основании договора купли-продажи, заключенного с ответчиком и исполненного сторонами.

Суд кассационной инстанции отменил решение суда, в иске отказал. Статьей 551 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена необходимость государственной регистрации перехода к покупателю права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости. Поскольку государственная регистрация перехода права собственности на спорное имущество за покупателем произведена не была, то он не стал собственником данного имущества. При таких обстоятельствах у суда отсутствовали основания для удовлетворения иска. По существу, основанием иска по данному делу является отказ ответчика передать истцу документы, необходимые для государственной регистрации за последним права на спорное имущество. Следовательно, надлежащим способом защиты является требование о государственной регистрации права на вещь ввиду уклонения стороны договора от такой регистрации (пункт 3 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации). Истец не лишен права обратиться в суд с данным требованием (дело № Ф08-2567/06).

Аналогичный вывод сделан Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации в постановлении от 15.11.05 № 7663/05.

В практике Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа (дела № Ф08-6079/04 и Ф08-975/05 (суд произвел правовую квалификацию требований истца)) и Федерального арбитражного суда Уральского округа обнаружены постановления, в которых делается вывод о допустимости защиты прав истца в указанной ситуации путем предъявления иска о признании права собственности.

Противоречия по выводу в судебной практике других окружных судов не выявлены.

Вопрос на обсуждение не выносился.

1.4. Споры, связанные с защитой интеллектуальной собственности

В соответствии со статьей 9 Закона Российской Федерации «Об авторском праве и смежных правах», предусматривающей, что авторское право на программу для ЭВМ возникает в силу факта егоее создания и для признания и осуществления авторского права на программу для ЭВМ не требуется депонирования, регистрации или соблюдения иных формальностей, под. Под правообладателем презюмируется лицо, оповестившее о своих правах на объект авторского права.

Общество обратилось в арбитражный суд с иском к фирме о взыскании компенсации за нарушение авторских и смежных прав.

Решением в иске отказано на основании того, что истец не предоставил доказательства принадлежности ему авторских или исключительных прав на компьютерную программу.

Кассационная инстанция отменила судебный акт и направила дело на новое рассмотрение. Пункт 1 статьи 9 Закона Российской Федерации «Об авторском праве и смежных правах» и пункт 1 статьи 4 Закона Российской Федерации «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных» предусматривают, что авторское право на программу для ЭВМ возникает в силу факта его создания. Для признания и осуществления авторского права на программу для ЭВМ или базу данных не требуется депонирования, регистрации или соблюдения иных формальностей. Правообладатель для оповещения о своих правах может, начиная с первого выпуска в свет программы для ЭВМ или базы данных, использовать знак охраны авторского права, состоящий из трех элементов: буквы С в окружности или в круглых скобках - ©, наименования (имени) правообладателя, года первого выпуска программы для ЭВМ или базы данных в свет.

Под правообладателем в Законе Российской Федерации «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных» понимается автор, его наследник, а также любое физическое или юридическое лицо, которое обладает исключительным правом на программу для ЭВМ или базу данных в силу закона или договора (статья 1). Согласно пункту 1 статьи 13 названного Закона правообладатель в течение срока действия авторского права может по своему желанию зарегистрировать программу для ЭВМ в федеральном органе исполнительной власти по интеллектуальной собственности.

Таким образом, суду следовало руководствоваться статьей 9 Закона Российской Федерации «Об авторском праве и смежных правах», презюмируя под правообладателем лицо, оповестившее о своих правах, а в случае предоставления ответчиком доказательств, свидетельствующих о наличии исключительных прав на спорную программу для ЭВМ у другого, нежели истец, лица, суд мог истребовать необходимые доказательства. Однако в материалах дела отсутствуют документы, ставящие под сомнение наличие у истца исключительных прав на программу (дело № Ф08-3277/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

1.5. Споры, возникающие из договоров залога

Если предметом залога являются определенные вещи, а не совокупность вещей, то договор считается заключенным при наличии условий о предмете, позволяющих его индивидуализировать. Передача в залог некоторой совокупности вещей свойственна договору о залоге товаров в обороте.

Общество обратилось с иском об обращении взыскания за счет заложенного имущества - стада молодняка крупного рогатого скота.

Судебные инстанции отказали в иске исходя из того, что договор залога, на котором основано требование, является незаключенным, поскольку в нем не определен предмет залога. Кроме того, договор залога противоречит пункту 7 статьи 37 Федерального закона «О сельскохозяйственной кооперации», в соответствии с которым взыскание по долгам кооператива не может быть обращено на продуктивный и племенной скот.

Окружной суд оставил без изменения судебные акты, указав следующее. В силу статьи 336 Гражданского кодекса Российской Федерации предметом залога может быть всякое имущество, в том числе вещи и имущественные права (требования), за исключением имущества, изъятого из оборота, требований, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и иных прав, уступка которых другому лицу запрещена законом.

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. В частности, существенными являются условия о предмете договора.

По смыслу указанных норм при отсутствии в договоре сведений, индивидуально определяющих заложенное имущество, договор о залоге не может считаться заключенным.

Обращение взыскания на заложенное имущество состоит из его изъятия и реализации путем продажи с публичных торгов, если законом не установлен иной порядок (статья 350 Гражданского кодекса Российской Федерации), что также требует индивидуализации предмета залога. В соответствии со статьей 137 Кодекса к животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное. Ссылка истца на достаточность указания индивидуализирующих признаков стада (молодняк общим весом в 100 тыс. кг) для заключения договора залога не принимается. Возможность передачи в залог некоторой совокупности вещей допускается только на основании договора о залоге товаров в обороте (статья 357 Гражданского кодекса Российской Федерации) (дело № Ф08-875/06).

Аналогичный подход отражен в пункте 2 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.01.98 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением арбитражными судами норм Гражданского кодекса Российской Федерации о залоге».

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

1.6. Споры, связанные с оспариванием торгов

Суд должен определить соответствие начальной цены подлежащего реализации имущества его рыночной стоимости, независимо от того, обжаловались ли действия судебного пристава по определению начальной цены. Данная обязанность следует из того, что указанное несоответствие может препятствовать достижению цели торгов - реализации имущества по максимально высокой цене для соблюдения интересов как должника, так и его кредиторов.

Предприятие обратилось с иском о признании недействительными отчета независимого оценщика об определении рыночной стоимости незавершенного строительства жилого дома, торгов по продаже указанного объекта, сделки, заключенной организатором торгов с их победителем. Кроме того, истец просил применить последствия недействительности указанной сделки, обязав ответчиков возвратить уплаченные им денежные средства.

Судебные инстанции отказали в иске. Несоблюдение порядка регистрации перехода права на объект незавершенного строительства не является нарушением правил проведения торгов; торги проведены через 30 дней после публикации извещения о предстоящих торгах; рыночную стоимость подлежащего реализации имущества окончательно определяет судебный пристав-исполнитель.

Окружной суд, отменяя судебные акты и направляя дело на новое рассмотрение, указал следующее. Предметом исковых требований заявлено не только соответствие торгов установленным законом правилам, но и соответствие закону заключенной на торгах сделки. Недействительность либо незаключенность такой сделки может повлечь самостоятельные последствия, предусмотренные законом.

При этом окружной суд указал также на следующие нарушения: информация, содержавшаяся в извещении о торгах, не позволяла индивидуализировать имущество; выставляемый на продажу объект не включал данные о земельном участке; не выяснено, каким образом окончательная цена объекта (если он состоит из двух частей: незавершенного строительством здания и имущественного права пользования участком) в размере 1 020 тыс. рублей может включать в себя и стоимость здания и стоимость права (1 196 тыс. рублей), превышающую стоимость всего объекта (дело № Ф08-55/06).

Суд кассационной инстанции не учел позицию Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации по вопросу о возможности принять во внимание доводы о неправильной оценке имущества, выставленного на публичные торги в рамках исполнительного производства при оценке соблюдения порядка их проведения.

Согласно пункту 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.05 № 101 ссылка на неправильную оценку имущества, выставленного на публичные торги в рамках исполнительного производства, не может быть принята во внимание при оценке соблюдения порядка их проведения. Вместе с тем Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в пункте 2 письма указывает на то, что при рассмотрении иска о признании публичных торгов недействительными суд должен оценить, являются ли нарушения, на которые ссылается истец, существенными и повлияли ли они на результат торгов.

С учетом изложенного предлагаем вынести на обсуждение следующий вопрос: во всех ли случаях неправильная оценка имущества, выставляемого на торги, не влечет недействительность торгов?

Вопрос на обсуждение не выносился.

1.7. Споры, возникающие из договоров купли-продажи, энергоснабжения

1. Условия договора, предусматривающие обязанность абонента возместить стоимость потребленной электрической энергии лицу, которое не является ее собственником, ничтожны.

Концерн обратился в арбитражный суд с иском к энергоснабжающей организации о признании недействительными (ничтожными) пунктов договора энергоснабжения и применении последствий недействительности части сделки в виде возврата истцу полученных ответчиком по этой сделке денежных средств.

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, исковые требования удовлетворены.

Суд кассационной инстанции оставил судебные акты без изменения.

При разрешении спора судебные инстанции установили, что в период, предшествующий заключению договора энергоснабжения между истцом и ответчиком, концерн (абонент) заключил с ОАО «Ставропольатомэнергосбыт» (поставщиком) договор. В целях реализации названного договора поставщик заключил с энергоснабжающей организацией агентский договор, по условиям которого общество (агент) обязалось от своего имени, но за счет поставщика (принципала) покупать на федеральном оптовом рынке (ФОРЭМ) электроэнергию и мощность. Те же стороны заключили договор об оказании поставщику услуг по передаче электроэнергии через сети, принадлежащие энергоснабжающей организации. Указанные договоры (агентский и возмездного оказания услуг) явились самостоятельными основаниями возникновения между сторонами соответствующих прав и обязанностей (статья 307 Гражданского кодекса Российской Федерации). Фактическое исполнение сторонами названных договоров подтверждается материалами дела и вступившими в законную силу судебными актами по другому делу.

Установленные судом обстоятельства свидетельствуют о том, что в спорный период общество приобретало электроэнергию на рынке ФОРЭМ в качестве агента ОАО «Ставропольатомэнергосбыт» и транспортировало ее по своим сетям (контрагентам поставщика, в том числе истцу).

Установив, что потребленная в спорный период истцом электрическая энергия принадлежала ОАО «Ставропольатомэнергосбыт», судебные инстанции пришли к правильному выводу о незаконности условий договора, предусматривающих обязанность концерна возместить обществу (как собственнику) стоимость энергии, поставленной ОАО «Ставропольатомэнергосбыт», а также право энергоснабжающей организации производить отключения абонента до перечисления денежных средств (дело
№ Ф08-2322/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, ФАС СКО и других окружных судов по данному выводу не обнаружена.

2. Заключение формально безвозмездного договора дарения незначительного количества акций закрытого акционерного общества и через непродолжительное время - договора купли-продажи основной части отчуждаемых акций того же общества тому же лицу свидетельствует о направленности действительной воли сторон на возмездную реализацию акций.

Акционер оспорил договор дарения другим акционером акций закрытого акционерного общества третьему лицу.

Из материалов дела следует, что по договору дарения передано незначительное количество акций. Спустя непродолжительное время подавляющее количество акций продано тому же лицу по договору купли-продажи.

Суд первой и апелляционной инстанций признал недействительным оспариваемый договор.

Кассационная инстанция подтвердила правильность выводов судов о том, что договор дарения имел целью обойти ограничения на приобретение акций лицами, не являющимися акционерами закрытого акционерного общества, лишить акционеров возможности воспользоваться правом преимущественного приобретения акций, продаваемых другими акционерами. Заключая формально безвозмездный договор дарения, а затем договор купли-продажи, воля сторон в действительности была направлена на возмездную реализацию акций в обход прав остальных акционеров (дело
№ Ф08-405/06).

По делам № Ф08-6335/05, Ф08-5877/04 суд округа установил направленность договоров дарения и купли-продажи на обход преимущественного права других акционеров на приобретение акций, не выясняя вопрос о возмездности договора дарения.

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.
Согласно пункту 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.11.03 № 19 «О некоторых вопросах применения Федерального закона ²Об акционерных обществах²» в случае представления заинтересованным лицом, имеющим преимущественное право на приобретение акций, доказательств, свидетельствующих о том, что договор безвозмездного отчуждения акций (дарения), заключенный участником общества с третьим лицом, является притворной сделкой и фактически акции были отчуждены на возмездной основе, такой договор в силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации является ничтожным, а к сделке, с учетом ее существа, применяются правила, регулирующие соответствующий договор. Лицо, чье преимущественное право на приобретение акций нарушено, может потребовать перевода на него прав и обязанностей покупателя акций по сделке, совершенной с третьим лицом.

Из указанного разъяснения следует, что лицо, имеющее преимущественное право на приобретение акций, должно доказать, что фактически акции были отчуждены участником общества третьему лицу на возмездной основе. Установление факта возмездности договора дарения влечет ничтожность такой сделки и применение последствий в виде перевода на заинтересованное лицо прав и обязанностей покупателя акций по сделке, совершенной с третьим лицом.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.05.05 № 56/05 указано, что нарушение при совершении сделок преимущественного права на приобретение акций не является основанием для признания таких сделок недействительными в соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Федеральный арбитражный суд Дальневосточного округа в постановлении от 11.01.06 по делу № Ф03-А04/05-1/4364 указал, что в предмет доказывания по спору входит исследование вопроса о том, в чем заключалась возмездность договора дарения. Преимущественное право акционеров (общества) действует при отчуждении участником этого общества акций только путем продажи.

Иная практика обнаружена в постановлении от 01.10.04 по делу
№ А13-12053/03-24 Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа. В аналогичной ситуации суд пришел к выводу, что истец не доказал нарушения пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении оспариваемых сделок. Ссылка на презумпцию возмездности договоров не принята судом во внимание, поскольку в силу пункта 3 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное. Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения является безвозмездной сделкой. Как видно из содержания оспариваемых договоров, они не предусматривают встречной передачи имущества. При таких обстоятельствах наличие встречной передачи вещи или права, а также совершение сторонами сделки, имеющей целью прикрыть другую сделку, должно доказываться истцом. Истец не доказал совершения ответчиками каких-либо действий, направленных на совершение сделки, прикрывающей другую сделку. Материалами дела не подтверждены доводы истца о притворном характере оспариваемой сделки. Такой же позиции придерживается Федеральный арбитражный суд Московского округа в постановлении от 17.10.05 по делу № КГ-А40/9910-05.

Противоречия по выводу в практике других окружных судов не выявлены.

Вопрос для обсуждения на президиуме или семинаре-совещании судей ФАС СКО не выносился.

3. Энергоснабжающая организация, приобретающая электроэнергию на ФОРЭМ через агента на основании агентского договора и пользующаяся услугами агента по доставке этой энергии потребителям, является собственником этой энергии.

ОАО «СтавропольАтомЭнергоСбыт» (энергоснабжающая организация) и общество (абонент) заключили договор на отпуск электроэнергии, в соответствии с которым энергоснабжающая организация обязалась поставлять абоненту через присоединенную сеть электрическую энергию, а абонент - оплачивать электроэнергию и мощность по тарифам, утвержденным РЭК Ставропольского края в порядке, установленном договором.

В целях реализации названного договора ОАО «СтавропольАтомЭнергоСбыт» (принципал) заключило с ОАО «Ставропольэнерго» (агент) агентский договор, согласно которому агент обязался от своего имени, но за счет принципала покупать на федеральном оптовом рынке (ФОРЭМ) электроэнергию и мощность. Принципал обязался возмещать агенту расходы, связанные с приобретением электроэнергии, и уплачивать вознаграждение за оказанные услуги.

Те же стороны заключили договор на возмездное оказание услуг по передаче электроэнергии заказчика (ОАО «СтавропольАтомЭнергоСбыт») через сети, принадлежащие исполнителю (ОАО «Ставропольэнерго»).

Считая себя собственником поставленной обществу электроэнергии, ОАО «Ставропольэнерго» выставляло обществу счета на оплату.

Установленные судом обстоятельства свидетельствуют о том, что в спорный период ОАО «Ставропольэнерго» приобретало электроэнергию на рынке ФОРЭМ в качестве агента ОАО «СтавропольАтомЭнергоСбыт» и транспортировало ее по своим сетям контрагентам ОАО «СтавропольАтомЭнергоСбыт» (в том числе обществу). ОАО «Ставропольэнерго» не является ни поставщиком, ни собственником спорной электроэнергии. Агентский договор и договор возмездного оказания услуг явились самостоятельными основаниями возникновения между их сторонами соответствующих прав и обязанностей (статья 307 Гражданского кодекса Российской Федерации) (дело
№ Ф08-2350/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

1.8. Споры, возникающие из договоров возмездного оказания услуг по передаче электроэнергии и газа

Поскольку транспортировка газа осуществлялась по сетям, не принадлежащим ответчику, и потребитель (ответчик) находится в зоне обслуживания газораспределительной организации (истца), стоимость услуг по транспортировке газа должна рассчитываться по двуставочному тарифу.

Общество обратилось в арбитражный суд с иском к кооперативу о взыскании задолженности по оплате услуг по транспортировке газа.

По мнению общества, кооператив должен производить оплату услуг по транспортировке газа по двуставочному тарифу, состоящему из тарифной ставки за пользование распределительными газопроводами и тарифной ставки за услуги по поставке (транспортировке) газа для третьей группы потребителей, а не по тарифу по транспортировке в транзитном потоке, по которому в спорный период ответчик производил расчет.

Решением исковые требования удовлетворены в полном объеме. Постановлением апелляционной инстанции решение изменено, сумма взыскиваемой с ответчика задолженности и процентов уменьшена, в остальной части решение оставлено без изменения.

Постановлением Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в первую инстанцию.

Решением исковые требования удовлетворены. Суд кассационной инстанции оставил судебный акт без изменения по следующим основаниям.

В пункте 2.2 Методики определения тарифов на услуги (тарифов на транспортировку газа по местным сетям) газораспределительных организаций, действовавшей в спорный период (утверждена постановлением ФЭК России от 04.07.01 № 42/7, далее - Методика), предусмотрено, что стоимость услуг по транспортировке газа по распределительным газопроводам в случае его поставки конечным потребителям газа через сети данной ГРО, рассчитывается по двум ставкам: ставка за пользование распределительными газопроводами Тр (ставка за пользование) и ставка за услуги по транспортировке (поставке) газа Тs (ставка за услуги).

Согласно пункту 2.7 Методики услуги по транспортировке транзитного потока газа, проходящего по сетям данной ГРО и предназначенного для газоснабжения потребителей, не входящих в зону обслуживания данной ГРО, оплачиваются потребителем по одноставочному тарифу Тр.

При новом рассмотрении дела суд установил, что кооператив является конечным потребителем газа, входит в зону обслуживания истца и не осуществляет поставку газа транзитным потоком. При таких обстоятельствах суд сделал правильный вывод об отсутствии у кооператива права на применение тарифа, установленного для оплаты услуг по передаче транзитного потока газа.

Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции также указал на необходимость исследования вопроса о принадлежности газопровода, так как в случае принадлежности газопровода кооперативу на праве собственности общество не вправе взимать плату за пользование, т. е. учитывать в тарифе на транспортировку газа ставку за пользование распределительными газопроводами (пункт 2.2 Методики).

Поскольку в спорный период транспортировка газа осуществлялась по сетям, не принадлежащим кооперативу, истец обоснованно произвел расчет стоимости услуг по транспортировке газа исходя из двуставочного тарифа, включающего в себя ставку за пользование распределительным газопроводом и ставку за услуги по транспортировке (поставке) газа (дело № Ф08-106/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

1.9. Споры, возникающие из договоров аренды

1. Невведение здания в эксплуатацию не освобождает арендатора от уплаты арендной платы за пользование находящимся в нем нежилым помещением.

Общество обратилось в арбитражный суд с иском к индивидуальному предпринимателю о взыскании арендной платы за пользование нежилым помещением, пеней за просрочку уплаты арендной платы, штрафа за несвоевременный возврат нежилого помещения арендодателю и процентов за пользование чужими денежными средствами. Предприниматель обратился со встречным иском к обществу о признании недействительным договора аренды и применении последствий недействительности ничтожной сделки - взыскании с общества в пользу предпринимателя суммы, уплаченной во исполнение недействительной сделки.

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, первоначальный иск удовлетворен, во встречном иске отказано. Суды пришли к выводу, что основания для признания договора ничтожным отсутствуют. Довод предпринимателя о том, что общество нарушило статью 55 Градостроительного кодекса Российской Федерации, передав в аренду нежилое помещение до введения здания в эксплуатацию, отклонен, поскольку приведенная статья не содержит ограничений для эксплуатации объекта недвижимости, а лишь определяет порядок ввода его в эксплуатацию.

Окружной суд оставил судебные акты без изменения, указав следующее. Согласно акту приемки-передачи состояние нежилого помещения соответствует параметрам, названным в договоре аренды. В процессе исполнения договора предприниматель не заявлял о недостатках арендованного имущества, поэтому судебные инстанции правомерно не приняли во внимание доводы предпринимателя о том, что до сдачи здания в эксплуатацию он лишен возможности пользоваться нежилыми помещениями (дело № Ф08-1683/06).

2. Положения пункта 1 статьи 617 Гражданского кодекса Российской Федерации о том, что переход права собственности на сданное в аренду имущество к другому лицу не является основанием для изменения или расторжения договора аренды, не применяются при ликвидации унитарного предприятия и возвращении арендованного имущества его собственнику.

Предприятие передало обществу в аренду нежилые помещения. До истечения срока договора предприятие ликвидировано, закрепленное за ним имущество передано комитету по управлению муниципальным имуществом. Комитет заключил с обществом дополнительное соглашение к договору аренды, в котором выступил на стороне арендодателя. Стороны изменили срок договора и размер арендной платы.

Администрация муниципального образования, полагая, что договор аренды прекратился в связи с ликвидацией предприятия, а дополнительное соглашение к нему является недействительным, обратилась в арбитражный суд с иском о признании недействительным соглашения и выселении общества из нежилых помещений.

Решением суда иск удовлетворен. Суд пришел к выводу, что после ликвидации предприятия договор аренды прекратился. Положения статьи 617 Гражданского кодекса Российской Федерации о сохранении договора аренды в силе при смене собственника к данным отношениям не применяются, поскольку отсутствует юридический факт перехода вещных прав на арендованное имущество к новому лицу.

Постановлением апелляционной инстанции решение отменено, в иске отказано по следующим основаниям. С ликвидацией предприятия изменился титульный владелец нежилых помещений, что не влечет изменения прав арендатора согласно статье 617 Гражданского кодекса Российской Федерации. Комитет по управлению муниципальным имуществом правомерно вступил в арендные правоотношения в качестве арендодателя.

Окружной суд оставил постановление апелляционной инстанции без изменения, указав следующее. Суд апелляционной инстанции неправомерно руководствовался статьей 617 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку применение указанной нормы рассчитано на случаи перехода права собственности (хозяйственного ведения, оперативного управления, пожизненного наследуемого владения) к другому лицу в порядке наследственного правопреемства, на основании договора обладателя вещного права с контрагентом либо административного акта, допускающего универсальное правопреемство. Ликвидация юридического лица не влечет такого правопреемства. Поэтому в силу статьи 419 Гражданского кодекса Российской Федерации договор аренды, заключенный предприятием и обществом, прекратился без перехода прав и обязанностей по нему к другим лицам. Вместе с тем при заключении дополнительного соглашения комитет по управлению муниципальным имуществом и общество сохранили волю на продолжение арендных отношений спорных объектов недвижимости, фактически перезаключив договор аренды. Условия дополнительного соглашения не противоречат действующему законодательству (дело № Ф08-1430/06).

3. Направление оферты о заключении договора аренды недвижимого имущества свидетельствует о добровольном принятии лицом, сделавшим предложение, обязательства по заключению договора (пункт 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации), что может служить основанием для обращения адресата с иском о понуждении заключить договор аренды.

Общественная организация неоднократно обращалась в комитет по управлению муниципальным имуществом с просьбой предоставить в безвозмездное пользование нежилое помещение. В ответном письме комитет отказал в удовлетворении просьбы, предложив заключить договор аренды нежилого помещения. Общественная организация направила комитету проект договора аренды, приступила к использованию нежилого помещения, провела в нем ремонтные работы.

Уклонение комитета по управлению муниципальным имуществом от заключения договора аренды послужило основанием для предъявления общественной организацией иска о понуждении заключить договор.

Решением иск удовлетворен. Суд оценил письмо комитета по управлению муниципальным имуществом с предложением заключить договор аренды в качестве оферты, а действия общественной организации по использованию и ремонту нежилого помещения - в качестве акцепта.

Постановлением апелляционной инстанции решение отменено, в иске отказано на том основании, что письмо комитета по управлению муниципальным имуществом с предложением заключить договор аренды не является офертой.

Окружной суд признал вывод суда апелляционной инстанции не соответствующим имеющимся в материалах дела доказательствам и нормам материального права. Письмо комитета по управлению муниципальным имуществом с предложением заключить договор аренды является офертой в силу статьи 435 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку содержит существенные условия для заключения договора (конкретное помещение, его площадь, порядок определения размера арендной платы). Направление общественной организацией проектов договора аренды, фактическое использование нежилого помещения и его ремонт при отсутствии возражений со стороны комитета является полным и безоговорочным акцептом оферты (статья 438 Кодекса). В соответствии со статьей 421 Кодекса понуждение к заключению договора допускается в случае добровольного принятия на себя обязательства по его заключению. Поскольку суд первой инстанции правильно оценил фактические обстоятельства, свидетельствующие о намерении сторон заключить договор аренды, соблюдении предварительной процедуры его заключения и неправомерном уклонении одного из участников от исполнения добровольно принятого на себя обязательства, суд первой инстанции обоснованно удовлетворил иск (дело № Ф08-6634/05).

1.10. Споры, возникающие из договоров подряда; выполнения научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ

1. Проектно-изыскательские работы нельзя считать окончательно выполненными подрядчиком без проведения государственной экспертизы проектно-сметной документации по строительству объектов.

Кассационная инстанция согласилась с выводом суда апелляционной инстанции о том, что у заказчика отсутствует обязанность по оплате проектно-изыскательских работ, указав следующее. В пункте 2 Положения о проведении государственной экспертизы и утверждении градостроительной, предпроектной и проектной документации в Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2000 № 1008, предусмотрено, что проектная документация до ее утверждения подлежит государственной экспертизе независимо от источников финансирования и формы собственности предприятий, зданий и сооружений, за исключением документации на объекты, строительные работы на которых не затрагивают их конструктивных и других характеристик надежности и безопасности и для строительства, расширения, реконструкции, технического перевооружения, капитального ремонта, консервации и ликвидации которых не требуется разрешения. Проведение государственной экспертизы проектно-сметной документации предусмотрено и договором.

Подрядчик не обращался в уполномоченные органы для проведения экспертизы, поэтому проектно-изыскательские работы нельзя считать окончательно выполненными. В этом случае в силу пункта 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик не вправе требовать оплаты таких работ (дело № Ф08-2524/06).

2. Приблизительная цена работ и их объем могут быть уточнены при подписании уполномоченными представителями сторон актов формы КС-2 и справок формы КС-3.

Кассационная инстанция признала правильным вывод суда первой инстанции о том, что цена договора подряда не является твердой и может быть изменена в установленных договором случаях. Подписание уполномоченными представителями сторон актов формы КС-2 и справок формы КС-3, в которых указаны объем и стоимость произведенных работ, свидетельствует о фактическом уточнении объемов и цены работ (дело № Ф08-2168/06).

3. Стороны договора подряда (возмездного оказания услуг) вправе предусмотреть в соглашении порядок фиксации и расчета сумм, на которые подлежит уменьшению цена за некачественно выполненные работы (оказанные услуги). Данное условие не противоречит положениям статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации и является действительным.

Общество обратилось с иском к учреждению о взыскании частично неоплаченной стоимости оказанных услуг.

Суд первой инстанции иск удовлетворил, не приняв во внимание условие договора, определяющее порядок расчета стоимости некачественных услуг.

Кассационная инстанция, отменяя решение и отказывая в иске, указала следующее. В силу статьи 783 Гражданского кодекса Российской Федерации к отношениям сторон применимы положения главы 37 Кодекса. Согласно статье 723 Кодекса в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для предусмотренного в договоре использования либо при отсутствии в договоре соответствующего условия непригодности для обычного использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, потребовать от подрядчика: безвозмездного устранения недостатков в разумный срок; соразмерного уменьшения установленной за работу цены; возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда.

Установив в договоре условие об уменьшении оплаты услуг на 0,1% от всего объема оказанных услуг за месяц за каждый составленный акт о ненадлежащем исполнении обязательств, стороны предусмотрели взаимовыгодный порядок фиксации и расчета подлежащей уменьшению цены за некачественно выполненные работы, что не противоречит положениям статьи 723 Кодекса (дело № Ф08-2024/06).

1.11. Споры, возникающие из договоров перевозки

1. Письмо директора филиала железной дороги об удовлетворении претензии за счет другого филиала не является доказательством, свидетельствующим о признании ответчиком долга.

Общество обратилось в арбитражный суд с иском к железной дороге о взыскании 38 тыс. рублей, безосновательно списанных со счета истца.

Решением, оставленным без изменения апелляционной инстанцией, в иске отказано. Оставляя судебные акты без изменения, суд кассационной инстанции исходил из того, что течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 Гражданского кодекса Российской Федерации). В материалах дела отсутствуют доказательства того, что директор филиала железной дороги «Рефсервис» имел полномочия на признание претензий за счет другого филиала (дело № Ф08-1718/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа и иных окружных судов не выявлены.

2. Налогообложение работ, услуг, связанных с импортированием товаров в Российскую Федерацию, производятся по ставке 0%.

Общество обратилось в арбитражный суд с иском к железной дороге о взыскании необоснованно списанных со счета в ТехПД денежных средств.

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, с железной дороги в пользу общества взыскана необоснованно списанная сумма НДС. Суд исходил из того, что железная дорога неправомерно списала со счета общества в ТехПД НДС в размере 18%, начисленный на провозную плату за перевозку груза в международном сообщении, и оплату услуг, связанных с перевозкой. В соответствии с нормами налогового законодательства налогообложение работ (услуг) по сопровождению, транспортировке, погрузке и перегрузке экспортируемых за пределы Российской Федерации товаров, выполняемых российскими перевозчиками, производится по ставке НДС в размере 0%.

Кассационная инстанция судебные акты оставила без изменения
(дело № Ф08-499/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа и иных окружных судов не выявлены.

1.12. Споры, возникающие из договоров хранения

Изменение внутренней структуры территориальных органов Росрезерва не может служить основанием для изменения начального момента течения срока исковой давности, поскольку формирование, хранение и обслуживание запасов государственного резерва обеспечивается федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим управление государственным резервом, его территориальными органами и подведомственными организациями, которые образуют единую федеральную систему государственного резерва Российской Федерации (пункт 1 статьи 4 Федерального закона «О государственном материальном резерве»).

Управление обратилось с иском к обществу о взыскании штрафных санкций за несвоевременное освежение материальных ценностей.

Судебные инстанции в иске отказали в связи с пропуском срока исковой давности.

Кассационная инстанция согласилась с выводами судов.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации под исковой давностью понимается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Правоотношения сторон по хранению ценностей госрезерва основаны на договоре хранения и факте закладки ценностей в резерв в 1991 году и подпадают под правовое регулирование гражданского законодательства. Штраф за несвоевременное исполнение обязанности по освежению ценностей в резерве представляет собой способ обеспечения исполнения обязательства. Право на применение к нарушителю этой ответственности возникает при истечении срока хранения ценностей или ухудшения их состояния.

Нормативный срок хранения автола истек 03.11.96. С этого момента у уполномоченного государственного органа, осуществляющего управление государственным резервом, возникло право применить к обществу меры гражданско-правовой ответственности.

Течение срока исковой давности начинается с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (статья 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Общество представило доказательства направления сведений о состоянии ценностей территориальным подразделениям федерального органа исполнительной власти, осуществляющего управление государственным резервом, в 1997, 2000 годах, а также на 01.01.02.

Поскольку иск о применении мер ответственности направлен территориальным подразделением федерального органа исполнительной власти, осуществляющим управление государственным резервом, в суд в 2005 году, нижестоящие инстанции обоснованно применили срок исковой давности и вынесли решение об отказе в иске.

Изменение структуры территориальных органов Росрезерва не может повлиять на течение срока давности, так как формирование, хранение и обслуживание запасов государственного резерва обеспечивается федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим управление государственным резервом, его территориальными органами и подведомственными организациями, которые образуют единую федеральную систему государственного резерва Российской Федерации (пункт 1 статьи 4 Федерального закона «О государственном материальном резерве»). Следовательно, изменение внутренней структуры единой федеральной системы государственного резерва Российской Федерации не может само по себе влиять на сложившиеся правоотношения по хранению ценностей резерва (дело № Ф08-6374/05).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

1.13. Споры, возникающие из договоров страхования

Страхователь, возместивший потерпевшему убытки по договору страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, вправе требовать со страховщика неосновательное обогащение в пределах страховой суммы.

Страхователь обратился с иском к страховщику о взыскании убытков в виде сумм, уплаченных страхователем выгодоприобретателю вместо страховщика по договору обязательного страхования автогражданской ответственности владельцев транспортных средств (ОСАГО).

Судебные инстанции отказали в иске.

Окружной суд отменил судебные акты и удовлетворил иск. В соответствии со статьей 1 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховым случаем является наступление гражданской ответственности страхователя, риск ответственности которого за причинение вреда, в том числе имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, застрахован по договору обязательного страхования. Наступление страхового случая влечет за собой обязанность страховщика произвести страховую выплату потерпевшему. Таким образом, праву выгодоприобретателя предъявить страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы соответствует обязанность страховщика, отвечающего в силу договора за непосредственного причинителя вреда. При возмещении потерпевшему вреда вместо страховщика непосредственно страхователем (причинителем вреда) у страховщика возникает неосновательное обогащение, поскольку страховщик, независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом его поведения, поведения третьих лиц или произошло помимо их воли, сберегает те денежные средства, которые он должен был затратить на возмещение вреда потерпевшему (статья 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отказывая в иске, судебные инстанции сослались на недобросовестное поведение страхователя, выразившееся в том, что водитель, управлявший автомобилем страхователя, не сообщил потерпевшему о наличии договора страхования. Однако указанное обстоятельство не могло повлечь отказ в иске (дело № Ф08-266/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

В практике Верховного Суда Российской Федерации изложен аналогичный подход - «Обзор законодательства и судебной Практика Верховного Суда Российской Федерации за первый квартал 2006 года».

В практике Федерального арбитражного суда Уральского округа выявлено постановление по делу № Ф09-2830/02-ГК, где указано, что сумма, выплаченная страхователем вместо страховщика, в силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации представляет собой убытки - расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права (реальный ущерб). В соответствии со статьей 393 Кодекса должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные ненадлежащим исполнением обязательства.

Противоречия в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

Вопрос на обсуждение не выносился.

2. Применение земельного законодательства

1. Признание недействующим нормативного правового акта, которым установлены базовые ставки арендной платы за пользование земельными участками, находящимися в государственной или муниципальной собственности, и поправочные коэффициенты к ним, не препятствует применению этого акта при расчете арендной платы за период, предшествующий признанию его недействующим.

Администрация муниципального образования обратилась в арбитражный суд с иском к обществу о взыскании арендной платы за пользование земельным участком и пеней за просрочку уплаты арендной платы.

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, иск удовлетворен частично.

Окружной суд, оставляя судебные акты без изменения, отклонил довод кассационной жалобы о том, что администрация муниципального образования неправомерно произвела расчет арендной платы на основании постановления главы муниципального образования, признанного недействующим. Согласно пункту 5 статьи 195 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации нормативный правовой акт или отдельные его положения, признанные арбитражным судом недействующими, не подлежат применению с момента вступления в законную силу решения суда. При расчете арендной платы администрация руководствовалась упомянутым постановлением до даты вступления силу решения, которым постановление признано недействующим, после указанной даты постановление не применялось (дело № Ф08-2282/06).

Противоречия по выводу обнаружены в постановлениях Федерального арбитражного суда Уральского округа от 18.06.04 и 22.12.04 по делу № Ф09-1761/04-ГК. Окружной суд пришел к выводу, что на момент предъявления иска постановление региональной энергетической комиссии от 01.08.02 в части установления тарифа в размере 61 рубля 01 копейки за 1 кВт/ч электроэнергии решением арбитражного суда от 11.11.02 признано недействующим. Поэтому суд апелляционной инстанции при расчете задолженности по договору энергоснабжения за период с 15.08.02 по 10.11.02 неправомерно применил данное постановление.

Вопрос выносился для обсуждения на расширенное заседание президиума
ФАС СКО 24.10.05: «Решением арбитражного суда признан недействующим нормативный правовой акт, которым установлены ставки арендной платы (тарифы). Возможно ли удовлетворить иск о взыскании задолженности, образовавшейся до принятия решения суда, если ее расчет произведен с применением ставок (тарифов), установленных признанным недействующим нормативным правовым актом? Подлежит ли признанный недействующим нормативный правовой акт применению к правоотношениям, которые урегулированы данным актом до признания его недействующим?». При обсуждении вопроса на заседании президиума 31.10.05 выявлена коллизия части 2 статьи 13 и части 5 статьи 195 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и принято решение обратиться в Высший Арбитражный Суд Российской Федерацией с запросом по данному вопросу.

2. Неиспользование после прекращения договора аренды земельного участка, не возвращенного арендодателю в установленном порядке, не освобождает арендатора от обязанности по внесению арендной платы в полном объеме.

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, удовлетворено требование о взыскании арендной платы, в удовлетворении требования о взыскании пеней отказано. Суды пришли к выводу, что обязательство по внесению арендной платы прекращается после надлежащего исполнения арендатором обязательства по возврату имущества арендодателю. После прекращения действия договора пени не подлежат взысканию.

Суд кассационной инстанции оставил судебные акты без изменения, указав следующее. В соответствии со статьей 622 Гражданского кодекса Российской Федерации при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором. Если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки. По окончании срока договора аренды общество не возвратило земельный участок, поэтому у него возникла обязанность произвести оплату за все время просрочки. Неиспользование части земельного участка не освобождает арендатора от обязанности по внесению арендной платы (дело № Ф08‑1929/06).

3. Если на земельном участке находятся несколько объектов недвижимости разного целевого назначения и нормативные акты, регулирующие порядок определения арендной платы за пользование земельными участками, находящимися в государственной или муниципальной собственности, не предусматривают возможности применения различных поправочных коэффициентов по категориям арендаторов и видам целевого использования к различным частям земельного участка, то арендная плата определяется на основании базовой ставки арендной платы и поправочного коэффициента к ней за весь земельный участок исходя из основного вида деятельности.

Департамент имущественных отношений (арендодатель) и общество (арендатор) заключили договор аренды земельного участка, предоставленного для эксплуатации объектов недвижимости. Общество в установленном порядке снесло расположенные на земельном участке объекты недвижимости нефтебазы и возвело торговый центр.

Департамент имущественных отношений, полагая, что строительство здания торгового центра с обслуживающими его объектами недвижимости повлекло изменение целевого назначения зданий, строений и сооружений, находящихся на земельном участке (с эксплуатации объектов недвижимости нефтебазы на эксплуатацию торгового центра), и, следовательно, изменение поправочного коэффициента, обратился в арбитражный суд с иском к обществу о взыскании задолженности по арендной плате и пеней за просрочку уплаты арендной платы.

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, иск удовлетворен на том основании, что с даты регистрации обществом права собственности на не завершенное строительством здание торгового центра, расположенного на земельном участке, изменилось целевое назначение зданий, строений и сооружений: с эксплуатации объектов недвижимости нефтебазы на эксплуатацию торгового центра. Данное обстоятельство является основанием для изменения размера арендной платы за пользование земельным участком.

Окружной суд оставил судебные акты без изменения, указав следующее. Нормативные правовые акты, которыми установлен порядок определения размера арендной платы земельных участков, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, не предусматривают возможности определить общий размер арендной платы за земельный участок как сумму арендных плат за различные части земельного участка (применять различные поправочные коэффициенты к различным частям земельного участка). Арендная плата определяется на основании единого поправочного коэффициента по категориям арендаторов и видам целевого использования за весь земельный участок исходя из основного вида деятельности на земельном участке (дело № Ф08-1520/06).

4. При признании договора аренды незаключенным неосновательное обогащение взыскивается не за всю площадь земельного участка, предусмотренную договором, а за фактически используемую площадь.

Комитет по управлению муниципальным имуществом (арендодатель) и общество (арендатор) подписали договор аренды земельного участка площадью 100 990 кв. м. Вступившим в законную силу решением арбитражного суда по другому делу договор аренды признан незаключенным в связи с отсутствием его государственной регистрации.

Невнесение обществом в полном размере платы за пользование земельным участком послужило основанием для предъявления комитетом по управлению муниципальным имуществом иска о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Решением, оставленным без изменения постановлениями апелляционной и кассационной инстанций, иск удовлетворен частично по следующим основаниям. Материалами дела подтверждается, что из земельного участка площадью 100 990 кв. м общество фактически пользовалось земельным участком площадью 60 990 кв. м, поэтому обязано оплатить за пользование (дело № Ф08-1367/06).

5. Отказ унитарного предприятия от права постоянного (бессрочного) пользования земельным участком не влечет прекращения права государственной (муниципальной) собственности на земельный участок.

В связи с тяжелым финансовым положением унитарное предприятие обратилось к Минимуществу России о прекращении права постоянного (бессрочного) пользования. Минимущество России дало согласие на прекращение права постоянного (бессрочного) пользования предприятия на земельный участок. На основании распоряжения главы администрации края земельный участок включен в фонд перераспределения земель края, и на него зарегистрировано право собственности края.

Территориальное управление Федерального агентства по управлению федеральным имуществом (далее - управление) обратилось с иском к администрации края и Департаменту имущественных отношений края (далее - департамент) о признании недействительным зарегистрированного права собственности Краснодарского края на земельный участок.

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, в удовлетворении иска отказано по следующим основаниям. Право собственности на земельный участок правомерно зарегистрировано за краем, поскольку унитарное предприятие отказалось от права постоянного (бессрочного) пользования участком и отказ согласован с собственником земельного участка

Окружной суд, отменяя судебные акты и направляя дело на новое рассмотрение, указал, что Минимущество России согласовало только отказ унитарного предприятия от права постоянного (бессрочного) пользования земельным участком. В силу пункта 1 статьи 53 Земельного кодекса Российской Федерации отказ лица от осуществления принадлежащего ему права на земельный участок (подача заявления об отказе) не влечет за собой прекращения соответствующего права. Поскольку в материалы дела не представлены доказательства передачи спорного участка краю, судебные инстанции преждевременно пришли к выводу о законности регистрации права собственности края на участок на основании распоряжения главы администрации края. Сведения об отказе Российской Федерации от права собственности на земельный участок отсутствуют (дело № Ф08-1285/06).

6. При выкупе земельного участка, на котором расположены объекты недвижимости и который находится в государственной или муниципальной собственности (статья 36 Земельного кодекса Российской Федерации), уполномоченное собственником лицо вправе продать не весь земельный участок, а только часть его, занятую объектом недвижимости и необходимую для его использования.

Администрация муниципального образования (арендодатель) и общество (арендатор) заключили договор аренды земельного участка, на котором расположены принадлежащие обществу на праве собственности объекты недвижимости.

Общество обратилось в администрацию муниципального образования с заявлением о выкупе земельного участка. Администрация сообщила, что в собственность может быть предоставлена только часть земельного участка, занятая недвижимыми объектами и необходимая для их использования, остальная часть земельного участка, свободная от застройки, может быть предоставлена только в аренду.

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным бездействия администрации муниципального образования, выразившегося в непредоставлении обществу в установленный законом срок договора купли-продажи земельного участка.

Решением, оставленным без изменения постановлениями апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении заявления отказано по следующим основаниям. При приобретении права собственности на объекты недвижимости к лицу переходят права на земельный участок, занятый этой недвижимостью и необходимый для ее использования (статья 35 Земельного кодекса Российской Федерации). Площадь части земельного участка, занятой зданием, строением, сооружением и необходимой для использования, определяется на основании пункта 3 статьи 33 Кодекса, согласно которой предельные размеры земельных участков устанавливаются в соответствии с утвержденными нормами отвода земель для конкретных видов деятельности или правилами землепользования и застройки, землеустроительной, градостроительной и проектной документацией. Площадь земельного участка, необходимая для использования объектов недвижимости, и, следовательно, подлежащая передаче в собственность, определяется исходя из функционального назначения этих объектов. Таким образом, площадь земельного участка, необходимая для использования недвижимости, может быть меньше общей площади земельного участка, выделенного юридическому лицу для осуществления хозяйственной деятельности.

Требование общества заключить договор купли-продажи земельного участка площадью 15 264 кв. м правомерно признано судебными инстанциями необоснованным. Объектами недвижимости на спорном участке занято лишь 1540,1 кв. м. Заявитель не представил доказательств необходимости для использования построенной недвижимости всего земельного участка. При оформлении права собственности на другие объекты недвижимости, расположенные на земельном участке, общество вправе обратиться в администрацию муниципального образования с заявлением о приобретении в собственность соответствующей части земельного участка (дело № Ф08-985/06).

7. Типовая форма договора аренды находящегося в государственной или муниципальной собственности земельного участка, разработанная уполномоченным органом государственной или муниципальной власти, не исключает возможности передачи разногласий, которые возникли при заключении договора аренды земельного участка, на рассмотрение арбитражного суда.

Комитет по управлению муниципальным имуществом направил обществу проект договора аренды земельного участка, на котором расположены принадлежащие обществу объекты недвижимости и который ранее предоставлен обществу на праве постоянного (бессрочного) пользования.

Общество подписало проект договора аренды с протоколом разногласий.

Комитет по управлению муниципальным имуществом не согласился с протоколом разногласий, ссылаясь на то, что в соответствии с пунктом 6 постановления Правительства Российской Федерации от 07.08.02 № 576 «О порядке распоряжения земельными участками, находящимися в государственной собственности, до разграничения государственной собственности на землю» договоры аренды земельных участков, арендная плата за которые поступает в бюджет субъекта Российской Федерации, подлежат обязательному согласованию с органами, уполномоченными на распоряжение земельными участками. Предложенный обществом вариант проекта договора аренды земельного участка не согласован с Минимуществом области. Предложенный обществу проект договора аренды соответствует надлежаще согласованной типовой форме договоров аренды, потому изменению не подлежит.

Данное обстоятельство послужило основанием обращения общества в арбитражный суд с иском об урегулировании разногласий, возникших при заключении договора аренды земельного участка.

Решением, оставленным без изменения постановлениями апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении иска отказано по следующим основаниям. Ссылка комитета по управлению муниципальным имуществом на пункт 6 постановления Правительства Российской Федерации 07.08.02 № 576 «О порядке распоряжения земельными участками, находящимися в государственной собственности, до разграничения государственной собственности на землю» несостоятельна, так как спор, возникший при заключении договора, подлежит урегулированию со стороной по договору. Действие указанного постановления не распространяется на собственника объекта недвижимого имущества при реализации его прав на приобретение земельного участка, необходимого для использования указанного объекта. Типовая форма договора аренды не является правовым актом либо императивной нормой, не установлена законом, поэтому не носит обязательного характера по смыслу пункта 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации, а лишь определяет примерные условия, предусмотренные пунктом 3 статьи 427 Кодекса. Предложенные обществом условия договора аренды соответствуют диспозитивным нормам Земельного и Гражданского кодексов Российской Федерации (дела № Ф08-6720/05, Ф08-6673/05 и Ф08-6715/05).

Вывод о возможности заключения договора аренды (купли-продажи) земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, на основании проекта договора, представленного арендатором (покупателем), подтверждается в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.03.06 по делу № 14711/05. Суд апелляционной инстанции, возложив на администрацию обязанность подготовить проект договора купли-продажи земельного участка и направить его обществу, не принял во внимание, что общество сформулировало требование как понуждение администрации к заключению договора купли-продажи земельного участка и представило проект договора.

8. Собственник недвижимого имущества после введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации не обращался к уполномоченному органу с предложением заключить договор аренды земельного участка, необходимого для эксплуатации здания, строения, сооружения. В этом случае принятие ненормативного правового акта о предоставлении собственнику объекта недвижимости земельного участка на праве аренды не свидетельствует о реализации им исключительного права на приватизацию земельного участка в порядке статьи 36 Земельного кодекса Российской Федерации.

Судебные инстанции отказали обществу в удовлетворении заявления о понуждении администрации к заключению договора купли-продажи земельного участка, расположенного под принадлежащими собственнику объектами недвижимого имущества, указав, что прежний собственник пользовался земельным участком на праве аренды, которое перешло к обществу в силу статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации. Отказ общества заключить договор аренды не свидетельствует о возникновении права на выкуп земельного участка.

Кассационная инстанция признала неправильным вывод судов об отсутствии у общества права на приватизацию земельного участка по следующим основаниям. Согласно статье 36 Земельного кодекса Российской Федерации право выбора титула на земельный участок принадлежит собственнику расположенного на нем недвижимого имущества.

Общество не выражало намерений заключить договор аренды земельного участка, поэтому принятие администрацией постановления о предоставлении собственнику объекта недвижимости земельного участка на праве аренды не свидетельствует о реализации им исключительного права на приватизацию земельного участка в порядке статьи 36 Земельного кодекса Российской Федерации (дело № Ф08-6353/05).

9. Установление или изменение черты поселений является переводом земель поселений или земельных участков в составе таких земель в другую категорию либо переводом земель или земельных участков в составе таких земель из других категорий в земли поселений. Перевод земель или земельных участков из одной категории в другую считается состоявшимся с момента внесения изменений об этом переводе в записи Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Государственное учреждение обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным бездействия администрации, выразившегося в уклонении от выдачи разрешений на строительство жилых домов.

Судебные инстанции отказали в удовлетворении заявления на том основании, что земельный участок, предназначенный для строительства жилых домов, относится к землям сельскохозяйственного назначения. Перевод участка в земли поселений в установленном порядке не произведен.

Кассационная инстанция согласилась с выводом, указав следующее. Согласно пункту 1 статьи 8 Федерального закона от 21.12.04 № 172-ФЗ «О переводе земель или земельных участков из одной категории в другую» в редакции, действовавшей на момент обращения института с заявлением о выдаче разрешений на строительство, установление или изменение черты поселений влечет за собой перевод земель поселений или земельных участков в составе таких земель в другую категорию либо перевод земель или земельных участков в составе таких земель из других категорий в земли поселений (в редакции Федерального закона от 21.07.05 № 111-ФЗ - установление или изменение черты поселений является переводом земель поселений или земельных участков в составе таких земель в другую категорию либо переводом земель или земельных участков в составе таких земель из других категорий в земли поселений). В соответствии с пунктом 6 статьи 14 названного Закона отнесение земельного участка к определенной категории земель осуществляется в порядке, установленном статьями 2, 3, 4, 5 и 15 Закона. В силу пункта 3 статьи 5 Закона перевод земель или земельных участков в составе таких земель из одной категории в другую считается состоявшимся с момента внесения изменений о таком переводе в записи Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

На момент обращения института с заявлением о выдаче разрешений на строительство жилых домов сведения об изменении категории земельного участка не внесены в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним. Следовательно, в этот период участок относился к землям сельскохозяйственного назначения (дело № Ф08-354/06).

10. При заключении государственным учреждением контракта на долевое строительство объекта недвижимого имущества, расположенного на участке, принадлежащем ему на праве постоянного (бессрочного) пользования, необходимо согласие соответствующего органа управления государственным имуществом.

Суды, отказывая в выдаче разрешения на строительство жилого дома, обоснованно указали, что учреждение должно согласовать с органом, уполномоченным распоряжаться его имуществом, изменение разрешенного использования земельного участка и строительство на нем объекта недвижимого имущества с привлечением средств инвесторов и дольщиков.

В соответствии со статьей 16 Федерального закона от 30.12.04 № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и внесении изменений в некоторые законодательстве акты Российской Федерации» основанием для государственной регистрации права собственности участника долевого строительства на объект долевого строительства являются документы, подтверждающие факт его постройки (создания), и документ о передаче объекта долевого строительства. Государственная регистрация возникновения права собственности на объект долевого строительства одновременно является государственной регистрацией неразрывно связанного с ним права общей долевой собственности на общее имущество.

В силу статьи 271 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник здания, сооружения или иной недвижимости, находящейся на земельном участке, принадлежащем другому лицу, имеет право пользования предоставленной таким лицом под эту недвижимость частью земельного участка.

Согласно статье 36 Земельного кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица, имеющие в собственности, безвозмездном пользовании, хозяйственном ведении или оперативном управлении здания, строения, сооружения, расположенные на земельных участках, находящихся в государственной или муниципальной собственности, приобретают права на эти земельные участки в соответствии с названным Кодексом.

В силу статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежит на праве общей долевой собственности земельный участок, на котором расположен данный дом. В порядке статьи 23 Федерального закона от 21.07.97 № 122-ФЗ «О регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» государственная регистрация возникновения права на жилое или нежилое помещение в многоквартирных домах одновременно является государственной регистрацией неразрывно связанного с ним права общей долевой собственности на общее имущество.

Таким образом, у государственного учреждения с даты регистрации права собственности на объект недвижимого имущества за участниками строительства прекращается право на земельный участок, что требует согласия органа, уполномоченного распоряжаться имуществом учреждения (дело № Ф08-354/06).

3. Применение природоохранного законодательства

Приостановление деятельности по строительству жилых домов не является мерой административной ответственности, поэтому уполномоченный орган вправе обратиться в суд с соответствующим заявлением.

Уполномоченный орган обратился в суд с заявлением о приостановлении деятельности общества по строительству жилых домов.

Решением в удовлетворении заявленных требований отказано на том основании, что заявитель фактически просит применить в отношении общества меры административного воздействия (ответственность). Однако общество уже привлекалось к административной ответственности в виде наложения штрафа. Приостановление деятельности является повторным наказанием, что противоречит принципам назначения административной ответственности. Требования заявителя основаны на протоколе об административном правонарушении, который составлен с нарушением установленного порядка.

Кассационная инстанция решение отменила, дело передала на новое рассмотрение. Суд исходил из того, что согласно статье 80 Федерального закона «Об экологической экспертизе» требования об ограничении, приостановлении или прекращении деятельности юридических и физических лиц, осуществляемой с нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, рассматриваются судом или арбитражным судом.

Часть 1 статьи 8.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не предусматривает такого наказания, как административное приостановление деятельности. Приостановление права природопользования является временным изменением правосубъектности правонарушения в отношении его специального права и действует до устранения причин правонарушения. Статья 56 Федерального закона «Об охране окружающей среды», предусматривающая меры воздействия за нарушение природоохранных требований в виде ограничения, приостановления и прекращения деятельности, осуществляемой с нарушением природоохранных требований, помещена законодателем в главу «Требования в области охраны окружающей среды при осуществлении хозяйственной и иной деятельности». Поэтому приостановление деятельности не является видом ответственности и не свидетельствует о привлечении общества к административной ответственности
(дело № Ф08-6466/05).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

4. Применение законодательства по банкротству

1. Если имущество, находящееся в хозяйственном ведении должника, получено им на законных основаниях, то требования собственника имущества об исключении его из конкурсной массы не подлежат удовлетворению.

Территориальное управление Федерального агентства по управлению федеральным имуществом по Краснодарскому краю обратилось в арбитражный суд с иском к конкурсному управляющему общества об исключении из конкурсной массы всего государственного имущества, находящегося в хозяйственном ведении должника.

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, в иске отказано.

Кассационная инстанция судебные акты оставила без изменения, указав, что в силу статьи 131 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) все имущество должника, имеющееся на момент открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу. Из имущества должника, которое составляет конкурсную массу, исключаются имущество, изъятое из оборота, имущественные права, связанные с личностью должника, в том числе права, основанные на имеющейся лицензии на осуществление отдельных видов деятельности, а также иное предусмотренное названным Законом имущество.

Согласно статье 294 Гражданского кодекса Российской Федерации государственное или муниципальное унитарное предприятие, которому имущество принадлежит на праве хозяйственного ведения, владеет, пользуется и распоряжается этим имуществом в пределах, определяемых в соответствии с Кодексом. Имущество государственного или муниципального унитарного предприятия находится в государственной или муниципальной собственности и принадлежит такому предприятию на праве хозяйственного ведения или оперативного управления. Унитарное предприятие отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом (пункты 2, 5 статьи 113 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 2, 7 Федерального закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях»).

Таким образом, обязательства государственного унитарного предприятия удовлетворяются за счет стоимости имущества, которое ему передано в установленном порядке. Удовлетворение требований кредиторов за счет имущества осуществляется, в частности, и при процедуре банкротства, поскольку законом иное не предусмотрено (дело № Ф08-716/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

2. Заявление кредитора об установлении требований не может быть возвращено на основании статьи 44 Закона о банкротстве.

Определением суд возвратил заявление компании об установлении требований, указав, что оно подписано неуполномоченным лицом.

Кассационная инстанция определение отменила, заявление кредитора направила на новое рассмотрение в суд первой инстанции, руководствоваясь следующим.

В пункте 1 статьи 39 и пункте 2 статьи 40 Закона о банкротстве установлены требования к заявлению конкурсного кредитора о признании должника банкротом, перечень документов, прилагаемых к нему. Заявление, не соответствующее требованиям, и приложенные к нему документы возвращаются арбитражным судом (статья 44 Закона о банкротстве). Названная норма регламентирует порядок и основания возвращения заявления о признании должника банкротом, поданного в порядке главы третьей Закона о банкротстве, однако из Закона не следует, что в том же порядке и по тем же основаниям подлежат возвращению заявления кредиторов об установлении требований
(дело № Ф08-6562/05).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике Федерального арбитражного суда
Северо-Кавказского округа и иных окружных судов не выявлены.

3. При расторжении соглашения о реструктуризации в период наблюдения обязательство по уплате обязательных платежей, по которым была предоставлена рассрочка, относится к текущим платежам. Данное требование может быть предметом рассмотрения арбитражным судом в других процедурах банкротства в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Определением требования налоговой инспекции включены в реестр требований кредиторов в третью очередь, а именно: недоимка по налогам, пени и штрафные санкции. Суд мотивировал определение отсутствием возражений в отношении заявленных требований.

Постановлением апелляционной инстанции, оставленным без изменения кассационной инстанцией, определение отменено, суммы основного долга, пеней и штрафных санкций, подлежащих включению в реестр кредиторов должника, уменьшены, в части заявленных требований отказано. Суд исходил из того, что по своей правовой природе реструктуризация является разновидностью рассрочки по уплате налогов. Заявление о признании должника банкротом должник подал в период действия соглашения о реструктуризации долгов по обязательным платежам в бюджет.

Отмена реструктуризации по причине невыполнения налогоплательщиком условий погашения задолженности не прекращает обязанности по уплате налогов, пеней и штрафов. В силу постановления Правительства Российской Федерации от 03.09.99 № 1002 «О порядке и сроках проведения реструктуризации кредиторской задолженности юридических лиц по налогам и сборам, а также задолженности по начисленным пеням и штрафам перед федеральным бюджетам» утвержден Порядок проведения реструктуризации кредиторской задолженности юридических лиц по налогам и сборам, а также задолженности по начисленным пеням и штрафам перед федеральным бюджетом. В этом случае налоговый орган принимает решение об отмене реструктуризации и меры по взысканию задолженности в соответствии с пунктом 8 Порядка. Неисполнение налогоплательщиком графика уплаты платежей и прекращение действия реструктуризации влекут возобновление обязанности по уплате штрафов с момента вынесения решения об отмене реструктуризации (дело № Ф08-770/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике Федерального арбитражного суда
Северо-Кавказского округа и иных окружных судов не выявлены.

4. Расчеты по уплате капитализированных платежей по обязательному социальному страхованию граждан за вред, причиненный жизни или здоровью, должны производиться в первую очередь в силу пункта 4 статьи 134 Закона о банкротстве.

Суд признал обоснованными требования фонда социального страхования, обязал конкурсного управляющего кооператива включить требование фонда социального страхования в первую очередь реестра. Определение мотивировано тем, что кооператив имеет перед фондом социального страхования задолженность по капитализированным платежам.

Постановлением апелляционной инстанции, оставленным без изменения постановлением кассационной инстанции, определение оставлено без изменения. Суд исходил из того, что фонд социального страхования, являясь в силу статьи 3 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее - Закон о социальном страховании) страховщиком по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (далее - обязательное социальное страхование), обратился в суд с заявлением о включении в реестр требования на сумму капитализированных платежей.

Пункт 2 статьи 23 Закона о социальном страховании предусматривает, что при ликвидации страхователя - юридического лица он обязан внести страховщику капитализированные платежи в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации. Согласно пункту 4 статьи 134 Закона о банкротстве в первую очередь производятся расчеты по требованиям граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, путем капитализации соответствующих платежей. Из данной нормы не следует, что ее положения подлежат применению только по требования граждан, интересы которых не застрахованы в порядке Закона о социальном страховании. В соответствии с трудовым законодательством ответственность за вред, причиненный жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, несет работодатель. Обязанность по возмещению вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного, путем предоставления необходимых видов обеспечения по страхованию (страховое возмещение вреда в виде денежных сумм) Закон о социальном страховании возлагает на страховщика, которым является фонд социального страхования (статья 3). Страховщик как лицо, на которое возложена обязанность по возмещению вреда застрахованному, имеет в силу Закона о социальном страховании право получать от страхователя, ответственного за вред, причиненный жизни и здоровью гражданина, предназначенные для удовлетворения требований граждан капитализированные платежи.

Капитализированные платежи страховыми взносами не являются. В соответствии с пунктом 2 статьи 23 Закона о социальном страховании порядок внесения капитализированных платежей определяется Правительством Российской Федерации. Правительство Российской Федерации постановлением от 17.11.2000 № 863 утвердило Порядок внесения в Фонд социального страхования Российской Федерации капитализированных платежей при ликвидации юридических лиц - страхователей по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (дело № Ф08-935/06).

Противоречия по выводу в практике Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и окружных судов не выявлены.

5. Перечисление денежных средств на депозит нотариуса свидетельствует о погашении должником задолженности перед кредитором.

Суд исключил требование общества из реестра, поскольку должник исполнил денежное обязательство перед обществом путем перечисления денежных средств в депозит нотариуса. Суд исходил из того, что согласно пункту 4 статьи 327 Гражданского кодекса Российской Федерации должник вправе внести причитающиеся с него деньги в депозит нотариуса, при уклонении кредитора от принятия исполнения. Внесение денежных средств в депозит считается исполнением обязательства.

Кассационная инстанция поддержала вывод суда о том, что исполнение денежного обязательства перед кредитором в процедуре наблюдения может являться основанием к исключению его из реестра требований при наличии условий, установленных по делу: задолженность перед кредиторами второй очереди погашена; кредиторов первой очереди не имеется; должник погашает требования кредиторов одной очереди; его действия направлены на восстановление платежеспособности и выход из процедуры банкротства; кредиторы, чьи требования не погашены, не возражают против удовлетворения требований общества. Кроме того, удовлетворением денежных требований общества, включенного в реестр требований кредиторов, не нарушаются его права и законные интересы, поскольку достигнута цель обращения в суд - исполнение денежного обязательства (дело № Ф08-5843/05).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике Федерального арбитражного суда
Северо-Кавказского округа и иных окружных судов не выявлены.

6. Саморегулируемая организация вправе обжаловать определение суда об отказе в утверждении арбитражного управляющего из списка саморегулируемой организации, представленной регулирующим органом.

В заявлении о признании себя банкротом должник указал некоммерческое партнерство, из числа членов которой просил утвердить арбитражного управляющего.

Суд отклонил список кандидатур арбитражных управляющих саморегулируемой организацией и в порядке статьи 45 Закона о банкротстве обязал регулирующий орган определить саморегулирующую организацию, которая должна направить в суд новый список кандидатур арбитражных управляющих.

Регулирующий орган обязал некоммерческое партнерство предоставить такой список. Новый список данная организация направила в суд, однако определением арбитражный суд утвердил временным управляющим должника из числа члена ассоциации.

Некоммерческое партнерство обжаловало определение суда в апелляционном порядке.

Апелляционная инстанция прекратила производство по жалобе, указав, что к производству принята апелляционная жалоба лица, не обладающего правом обжалования судебных актов.

Суд кассационной инстанции отменил определение апелляционной инстанции, дело направил на новое рассмотрение. В соответствии с постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 19.12.05 № 12-П создание саморегулируемых организаций арбитражных управляющих означает, что государство переложило на эти организации часть своих публично-правовых функций. Как следует из статей 21 и 22 Закона о банкротстве, саморегулируемые организации арбитражных управляющих, хотя и выполняют функцию защиты прав и интересов своих членов, создаются для регулирования и обеспечения профессионального осуществления их деятельности. Публично-правовой статус арбитражных управляющих обуславливает право законодателя предъявлять к ним специальные требования, а также возлагает ответственность за обеспечение проведения процедур банкротства надлежащим образом.

Статьей 22 Закона о банкротстве определены права и обязанности саморегулируемой организации, в том числе право обжаловать в судебном порядке акты и действия федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, нарушающие права и законные интересы любого из своих членов либо группы членов.

Порядок предоставления кандидатур арбитражных управляющих предусмотрен статьей 45 Закона о банкротстве (пункты 3, 5). Отказ в назначении арбитражного управляющего из числа кандидатур, предоставленных некоммерческим партнерством, затрагивает интересы членов организации, являющихся предпринимателями и осуществляющих профессиональную деятельность при проведении процедур банкротства. Иной способ защиты, кроме обжалования судебного акта в этой части, отсутствует, поэтому саморегулируемая организация вправе просить суд проверить законность и обоснованность определения, которым отказано в утверждении арбитражного управляющего из списка саморегулируемой организации, представленной регулирующим органом (дело № Ф08-619/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и иных окружных судов не выявлена.

7. Размер субсидиарной ответственности собственника имущества должника, наступившей в результате дачи обязательных для должника указаний, не может быть определен до завершения реализации имущества в процедуре конкурсного производства.

Общество обратилось в арбитражный суд с иском к администрации о взыскании в порядке субсидиарной ответственности задолженности, образовавшейся в результате неоплаты государственным унитарным предприятием поставленных ему товаров.

Исковые требования обоснованы тем, что комбинат признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство. Администрация, являясь собственником имущества комбината, давала обязательные для исполнения указания, которые привели к банкротству должника. Размер задолженности определен истцом в виде разницы между суммой долга и суммой максимально возможного, по мнению общества, удовлетворения своих требований за счет имущества должника (конкурсной массы).

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, в удовлетворении иска отказано.

Оставляя судебные акты без изменения, суд кассационной инстанции исходил из следующего.

В силу пункта 5 статьи 129 Закона о банкротстве при наличии оснований, установленных федеральным законом, конкурсный управляющий предъявляет требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника в связи с доведением его до банкротства. Размер ответственности лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, определяется исходя из разницы между размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, и денежными средствами, вырученными от продажи имущества должника или замещения активов организации-должника.

По смыслу указанной правовой нормы субсидиарная ответственность собственника имущества предприятия возникает при недостаточности имущества основного должника, на которое можно обратить взыскание. Как следует из отчета конкурсного управляющего, на балансе предприятия имеется имущество, подлежащее оценке и реализации в порядке, установленном законодательством о банкротстве. Поэтому до окончания процедуры реализации имущества и погашения денежных обязательств не может быть определен размер субсидиарной ответственности собственника имущества должника (дело
№ Ф08-200/06).

Приведенный вывод соответствует общему подходу, выработанному Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации. В пункте 7 постановления от 15.12.04 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал следующее. Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве субсидиарная ответственность указанных в данной норме лиц по обязательствам должника может быть возложена на них при недостаточности имущества должника и ее размер определяется исходя из разницы между размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, и денежными средствами, вырученными от продажи имущества должника или замещения активов организации должника (пункт 5 статьи 129 Закона).

8. Победитель торгов перечислил денежные средства в счет оплаты имущества одному из конкурсных кредиторов и допустил просрочку в оплате части задолженности на один месяц. Названные обстоятельства являются существенным нарушением договора купли-продажи и основанием для его расторжения в соответствии с пунктом 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Общество в лице конкурсного управляющего обратилось в арбитражный суд с иском о расторжении договора купли-продажи недвижимости.

Решением, оставленным без изменений постановлением апелляционной инстанции, иск удовлетворен.

Суд кассационной инстанции оставил судебные акты без изменения.

В силу статьи 133 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан использовать только один счет должника, на который зачисляются денежные средства, поступающие в ходе конкурсного производства, и осуществляются выплаты кредиторам.

Статьей 139 Закона о банкротстве установлено, что условия продажи имущества должника должны предусматривать получение денежных средств за проданное имущество не позднее чем через месяц с даты заключения договора купли-продажи или семь дней с момента возникновения права собственности у покупателя.

Определением арбитражного суда по другому делу решение комитета кредиторов общества о перечислении покупателем части денежных средств в счет оплаты имущества на расчетный счет одного из конкурсных кредиторов признано недействительным. Суд установил, что в нарушение условий договора купли-продажи и статей 133, 139 названного Закона покупатель уплатил часть денежных средств не должнику (продавцу), а его кредитору, а остаток долга - с просрочкой на один месяц, и правомерно признал данные нарушения существенными с учетом банкротства истца и необходимости завершения конкурсного производства. Согласно пункту 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации существенное нарушение условий договора является основанием для его расторжения (дело № Ф08-1340/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

9. Правоотношения о взыскании издержек по протестам векселей в неплатеже, возникшие в ходе конкурсного производства, по векселям, выданным до возбуждения дела о банкротстве, подлежат рассмотрению вне дела о банкротстве.

Векселедержатель обратился в арбитражный суд с иском к векселедателю, признанному несостоятельным (банкротом), о взыскании вексельных сумм и издержек по протесту векселей в неплатеже.

Определением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, исковое заявление оставлено без рассмотрения на основании пункта 4 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд кассационной инстанции отменил определение в части оставления без рассмотрения требования о взыскании издержек по протесту в неплатеже векселей и направил дело в этой части в суд первой инстанции для рассмотрения по существу.

Суд исходил из следующего. На основании пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве под текущими платежами понимаются денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие после принятия заявления о признании должника банкротом, а также денежные обязательства и обязательные платежи, срок исполнения которых наступил после введения соответствующей процедуры банкротства.

Согласно пунктам 1 и 7 статьи 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства срок исполнения возникших до открытия конкурсного производства денежных обязательств и уплаты обязательных платежей должника считается наступившим. Все требования кредиторов по денежным обязательствам, иным имущественным требованиям, за исключением требований о признании права собственности, о взыскании морального вреда, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными ничтожных сделок и о применении последствий их недействительности, а также текущие обязательства, указанные в пункте 1 статьи 134 Закона, могут быть предъявлены только в ходе конкурсного производства.

Векселя выданы до возбуждения дела о банкротстве и предъявлены к оплате в ходе конкурсного производства. Нотариус совершил протест векселей в неплатеже. Поскольку спорные правоотношения о взыскании издержек по протестам векселей в неплатеже возникли в процедуре конкурсного производства, они подлежат рассмотрению вне дела о банкротстве (дело № Ф08-2783/06).

Приведенный вывод соответствует практике Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. В пункте 3 постановления от 15.12.04 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона ²О несостоятельности (банкротстве)²» Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал следующее. В деле о банкротстве и в процедурах банкротства текущими платежами являются денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие после принятия заявления о признании должника банкротом, а также денежные обязательства и обязательные платежи, срок исполнения которых наступил после введения соответствующей процедуры банкротства. Требования кредиторов по текущим платежам не подлежат включению в реестр требований кредиторов. Кредиторы по текущим платежам при проведении соответствующих процедур банкротства не признаются лицами, участвующими в деле о банкротстве. После введения следующей процедуры банкротства платежи по исполнению обязательств, возникших до принятия заявления о признании должника банкротом, срок исполнения которых наступил до даты введения следующей процедуры, не являются текущими платежами. При этом платежи по обязательствам, возникшим после принятия заявления о признании должника банкротом, независимо от смены процедуры банкротства, относятся к текущим платежам.

Иная практика обнаружена в постановлении Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 01.03.06 по делу № Ф08-722/06. Суд кассационной инстанции подтвердил законность судебных актов, которыми оставлено без рассмотрения исковое заявление о взыскании с общества, признанного несостоятельным (банкротом), вексельной суммы и издержек по протесту векселя в неплатеже. При этом расходы по протесту векселя в неплатеже возникли в ходе конкурсного производства, однако в данной части суд округа также оставил без изменения определение и постановление апелляционной инстанции об оставлении заявления без рассмотрения.

Федеральный арбитражный суд Западно-Сибирского округа в постановлении от 17.02.2000 по делу № Ф04/392-25/А75-2000 также подтвердил правомерность прекращения производства по делу о взыскании с векселедателя, признанного несостоятельным (банкротом), вексельных сумм и издержек по протесту векселей в неплатеже при условии подтверждения проведения в отношении ответчика соответствующих процедур банкротства.

Противоречия по выводу в практике Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и других окружных судов не выявлены.

Вопрос для обсуждения на президиуме или семинаре-совещании судей ФАС СКО не выносился.

5. Применение законодательства об исполнительном производстве

1. Надлежащим ответчиком по делу о взыскании излишне уплаченного исполнительского сбора является территориальное управление Федеральной службы судебных приставов.

Предприятие обратилось в арбитражный суд с иском к Главному управлению Федеральной службы судебных приставов (далее - управление) о взыскании излишне уплаченного исполнительского сбора. В обоснование заявления указано, что имеется решение арбитражного суда о признании недействительным постановления судебного пристава-исполнителя в части взыскания этой суммы исполнительского сбора. Решением суд обязал подразделение службы судебных приставов района Управления Министерства юстиции Российской Федерации возвратить предприятию указанную сумму. Решение суда на момент подачи иска не исполнено, излишне взысканная сумма исполнительского сбора не возращена.

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, суд взыскал с управления в пользу предприятия излишне уплаченный исполнительский сбор на основании следующего. Указом Президента Российской Федерации от 09.03.04 № 314 «О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти» функции Министерства юстиции Российской Федерации по обеспечению исполнения решений судов переданы образованной этим же Указом Федеральной службе судебных приставов. В силу пункта 4 Положения о Федеральной службе судебных приставов, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13.10.04 № 1316, Федеральная служба судебных приставов осуществляет свою деятельность непосредственно и (или) через территориальные органы. Управление является территориальным органом ФССП России. Согласно пункту 3 Положения о территориальном органе Федеральной службы судебных приставов, утвержденного приказом Минюста России, основными задачами территориального органа являются организация принудительного исполнения судебных актов судов и управление районными, межрайонными и специализированными отделами - структурными подразделениями территориального органа. Территориальный орган руководит деятельностью структурных подразделений, осуществляет контроль их деятельности (пункт 7 Положения). В соответствии с пунктами 9 и 12 Положения территориальный орган является юридическим лицом, структурные подразделения входят в него. Управление не обеспечило исполнение решения арбитражного суда, обязывающего подразделение службы судебных приставов возвратить предприятию исполнительский сбор, поэтому эта сумма правомерно взыскана с ответчика.

Кассационная инстанция судебные акты оставила без изменения
(дело № Ф08-6719/05).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике Федерального арбитражного суда
Северо-Кавказского округа и иных окружных судов не выявлены.

2. Арест денежных средств должника, находящихся на расчетном счете банка, расположенного в другом регионе, не нарушает прав и законных интересов должника и не является основанием для признания незаконными вынесенных судебным приставом-исполнителем постановлений.

Общество обратилось в арбитражный суд с жалобами на действия судебного пристава-исполнителя, в которых просило признать незаконными пять постановлений судебного пристава-исполнителя межрайонного отдела подразделения службы судебных приставов района о наложении ареста на денежные вклады общества, находящиеся на расчетных счетах банков.

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, действия судебного пристава-исполнителя по вынесению постановлений о наложении ареста на денежные средства должника признаны незаконными. Суды пришли к выводу, что судебный пристав-исполнитель совершил исполнительные действия в отношении должника, который не находится на территории района и не имеет имущества, на которое возможно обратить взыскание, это является нарушением требований статьи 11 Федерального закона «Об исполнительном производстве».

Кассационная инстанция отменила судебные акты, в удовлетворении жалобы отказала ввиду следующего. В силу пункта 3 статьи 57 Федерального закона «Об исполнительном производстве» судебный пристав-исполнитель принимает меры по наложению ареста на денежные средства должника-организации, находящиеся на счетах и во вкладах или на хранении в банках и иных кредитных организациях, предусмотренные статьей 46 Закона. Если должником является юридическое лицо (организация), то исполнительные действия совершаются по месту его нахождения или месту нахождения его имущества (статья 11 Закона).

Уставом общества определено место нахождения по адресу: Самарская область, г. Тольятти.

Пунктом 4 статьи 11 Федерального закона «Об исполнительном производстве» предусмотрено, что судебный пристав-исполнитель может совершать определенные действия на территории, на которую не распространяются его функции, если в процессе исполнения исполнительного документа возникла такая необходимость. При этом необходимость в совершении исполнительных действий вне зоны территориальной компетенции судебного пристава-исполнителя должна определяться исходя из процессуальной экономии. Таким образом, поскольку списание денежных средств с расчетного счета производится путем направления соответствующих документов в банк без прибытия судебного пристава-исполнителя в место нахождения банка, то наложение ареста на денежные средства должника на счетах в банках г. Тольятти не может служить основанием для признания вынесенных постановлений незаконными.

Общество не доказало, каким образом нарушаются его права и законные интересы в результате вынесения судебным приставом-исполнителем района постановлений, что является достаточным основанием для отказа обществу в удовлетворении его требований (дело № Ф08-45/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

3. Исполнительный лист об истребовании имущества из чужого незаконного владения подлежит исполнению независимо от введения в отношении должника конкурсного производства.

Общество (взыскатель) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным постановления судебного пристава-исполнителя об окончании исполнительного производства с даты его вынесения и о возвращении исполнительного документа, а также об обязании конкурсного управляющего должника возвратить судебному приставу-исполнителю исполнительный лист.

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, в удовлетворении заявленных требований отказано, поскольку судебный пристав обоснованно окончил исполнительное производство и передал исполнительный лист конкурсному управляющему должника, признанного несостоятельным (банкротом).

Кассационная инстанция судебные акты отменила, заявление общества удовлетворила. Суд исходил из следующего. Согласно пункту 1 статьи 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращается исполнение по исполнительным документам, в том числе по исполнительным документам, исполнявшимся в ходе ранее введенных процедур банкротства, если иное не предусмотрено данным Федеральным законом. Указанная норма закона является основанием для прекращения судебным приставом-исполнителем исполнения исполнительных документов по денежным обязательствам должника и не распространяется на исполнительные документы об истребовании имущества из чужого незаконного владения. Это следует из смысла статей 3, 4, 63, 95, 126 Закона. В полномочия конкурсного управляющего не входит обязанность по исполнению исполнительных документов данной категории (статья 129 Закона).

Кроме того, при вынесении постановления об окончании исполнительного производства судебный пристав-исполнитель неправомерно руководствовался положением подпункта 4 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «Об исполнительном производстве». Согласно данной норме основанием окончания исполнительного производства является направление исполнительного документа в организацию для единовременного или периодического удержания из заработка (дохода) должника.

При таких обстоятельствах у судебного пристава-исполнителя отсутствовали правовые основания для окончания исполнительного производства по исполнительному листу об истребовании имущества из чужого незаконного владения и направления его конкурсному управляющему (дело № Ф08-1212/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике Федерального арбитражного суда
Северо-Кавказского округа и иных окружных судов не выявлены.

4. До принятия решения об удовлетворении исковых требований по делу или до принятия судебного акта об отмене мер по обеспечению иска исполнительное производство не может быть окончено в связи с фактическим исполнением.

Предприниматель обратился в арбитражный суд с заявлением об отмене постановления судебного пристава-исполнителя об окончании исполнительного производства, просил возобновить исполнительное производство и выдать исполнительный лист.

Решением, оставленным без изменения постановлениями апелляционной и кассационной инстанций, отменено постановление судебного пристава-исполнителя об окончании исполнительного производства. Суд обязал судебного пристава-исполнителя истребовать из арбитражного суда исполнительный лист. Суд исходил из следующего. Статьей 12 Федерального закона «Об исполнительном производстве» установлено, что судебный пристав-исполнитель обязан принять меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов. Пункт 1 части 1 статьи 27 Федерального закона «Об исполнительном производстве» предусматривает, что исполнительное производство оканчивается фактическим исполнением исполнительного документа. По правилам части 1 статьи 96 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определение арбитражного суда об обеспечении иска приводится в исполнение немедленно в порядке, установленном для исполнения судебных актов арбитражного суда. На основании определения об обеспечении иска выдается исполнительный документ. В соответствии с требованиями пункта 4 названной статьи в случае удовлетворения иска обеспечительные меры сохраняют свое действие до фактического исполнения судебного акта, которым закончено рассмотрение дела по существу.

Поскольку меры, принимаемые в порядке данной статьи, призваны обеспечить исполнение судебного решения по конкретному иску, у судебного пристава-исполнителя отсутствовали законные основания для окончания исполнительного производства по правилам пункта 1 статьи 27 Федерального закона «Об исполнительном производстве». На момент принятия постановления об окончании исполнительного производства дело не рассмотрено, обеспечительные меры арбитражным судом не отменены
(дело № Ф08-2246/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике окружных судов не выявлены.

6. Применение налогового законодательства

6.1. Споры по взысканию налоговых штрафов за несвоевременное представление налоговых деклараций и несообщение о выплаченных доходах

Пунктом 1 статьи 119 Налогового кодекса Российской Федерации установлена ответственность за непредставление налогоплательщиком в указанный законодательством о налогах и сборах срок налоговой декларации в налоговый орган по месту учета, а не за непредставление декларации по утвержденной форме.

Налоговая инспекция решением привлекла общество к налоговой ответственности по части 1 статьи 119 Налогового кодекса Российской Федерации за несвоевременное представление налоговой декларации по земельному налогу, полагая, что декларация на бланке старого образца, направленная 14.04.04 по почте, не является надлежаще оформленной и не может считаться своевременно представленной. Только 15.12.04 общество представило декларацию по земельному налогу установленной формы.

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, суд признал недействительным решение налоговой инспекции.

Кассационная инстанция, оставляя без изменения судебные акты, согласилась с выводом судебных инстанций о том, что пунктом 1 статьи 119 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрена ответственность за непредставление налогоплательщиком в установленный законодательством о налогах и сборах срок налоговой декларации в налоговый орган по месту учета, а не за непредставление декларации по утвержденной форме.

Никто не может быть привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены Налоговым кодексом Российской Федерации (пункт 1 статьи 108 данного Кодекса).

Направленная 14.04.04 по почте декларация идентична декларации, представленной 15.12.04, содержит те же сведения, необходимые для исчисления и уплаты налога за спорный период, поэтому соответствует понятию налоговой декларации, установленному статьей 80 Кодекса. Налоговый орган не вправе отказать в принятии налоговой декларации и обязан по просьбе налогоплательщика проставить отметку на копии налоговой декларации о принятии и дату ее принятия (дело № Ф08-6396/05).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

6.2. Споры по уплате налога на добавленную стоимость

1. Налоговым законодательством не предусмотрено восстановление и уплата в бюджет налога на добавленную стоимость при списании основных средств в связи с их ликвидацией до полной амортизации.

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения налоговой инспекции в части доначисления налога на добавленную стоимость, пени, штрафа по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации и обязании возместить из бюджета уплаченные суммы налога. Налоговая инспекция обратилась в суд с заявлением о взыскании с общества налоговых санкций.

Суд признал решение налоговой инспекции незаконным в части и обязал налоговую инспекцию возвратить обществу часть налоговых платежей. С общества взыскан штраф по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации за неполную уплату налога на прибыль; в остальной части требований налоговой инспекции отказано.

По эпизоду доначисления налога на добавленную стоимость с недоамортизированной части ликвидированных в 2004 году основных средств суд, полно и всесторонне исследовав обстоятельства и материалы дела, пришел к правильному выводу о том, что налоговым законодательством не предусмотрено восстановление и уплата в бюджет налога на добавленную стоимость при списании основных средств в связи с их ликвидацией до их полной амортизации.

Согласно пункту 3 статьи 170 Налогового кодекса Российской Федерации в случае принятия налогоплательщиком сумм налога, указанных в пункте 2 статьи 170 Кодекса, к вычету или возмещению в порядке, предусмотренном главой 21 Кодекса, соответствующие суммы налога подлежат восстановлению и уплате в бюджет. При этом суммы налога, предъявленные покупателю при приобретении товаров (работ, услуг), в том числе основных средств и нематериальных активов, либо фактически уплаченные при ввозе товаров, в частности основных средств и нематериальных активов, на территорию Российской Федерации, учитываются в стоимости таких товаров (работ, услуг), в том числе основных средств и нематериальных активов, в случаях:

1) приобретения (ввоза) товаров (работ, услуг), в том числе основных средств и нематериальных активов, используемых для операций по производству и (или) реализации (а также передаче, выполнению, оказанию для собственных нужд) товаров (работ, услуг), не подлежащих налогообложению (освобожденных от налогообложения);

2) приобретения (ввоза) товаров (работ, услуг), в том числе основных средств и нематериальных активов, используемых для операций по производству и (или) реализации товаров (работ, услуг), местом реализации которых не признается территория Российской Федерации;

3) приобретения (ввоза) товаров (работ, услуг), в том числе основных средств и нематериальных активов, лицами, не являющимися налогоплательщиками в соответствии с главой 21 Налогового кодекса Российской Федерации либо освобожденными от исполнения обязанностей налогоплательщика по исчислению и уплате налога;

4) приобретения (ввоза) товаров (работ, услуг), в том числе основных средств и нематериальных активов, для производства и (или) реализации товаров (работ, услуг), операции по реализации (передаче) которых не признаются реализацией товаров (работ, услуг) в соответствии с пунктом 2 статьи 146 Кодекса.

В приведенных нормах Налогового кодекса Российской Федерации отсутствуют положения, согласно которым у общества, являющегося плательщиком налога на добавленную стоимость, возникает обязанность восстановить в бюджет сумму налога, ранее возмещенную в установленном главой 21 Кодекса порядке, по ликвидированным основным средствам. Правомерность ранее возмещенной обществом суммы налога на добавленную стоимость налоговым органом не оспаривается. При таких обстоятельствах суд обоснованно признал выводы налоговой инспекции о занижении налога на добавленную стоимость незаконными (дело № Ф08-1410/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

2. Поскольку распространение рекламной продукции производилось в связи с необходимостью осуществления компанией своей деятельности и экономически оправданно, то передача продукции на рекламные цели организации не может быть расценена как безвозмездная сделка и не подлежит включению в объект обложения по НДС.

Налоговая инспекция обратилась в арбитражный суд с заявлением к обществу о взыскании налоговых санкций. Общество обратилось в суд с заявлением о признании незаконным решения налоговой инспекции, которым доначислены взыскиваемые штрафы. Определением суда указанные дела объединены в одно производство.

Решением суда признано незаконным решение налоговой инспекции в части начисления обществу НДС, пени, штрафа. В удовлетворении остальной части требований общества отказано. Применив нормы статей 112, 114 Налогового кодекса Российской Федерации, суд снизил размер взысканного с общества штрафа. В остальной части в удовлетворении требований налоговой инспекции отказано. Судебный акт мотивирован тем, что раздача на выставках сувенирной продукции в рекламных целях организации не может быть расценена как безвозмездная сделка и не подлежит включению в объект обложения НДС.

Налоговая инспекция приводит довод о неправомерном невключении обществом в облагаемый оборот по НДС сумм безвозмездно переданных в рекламных целях объектов рекламно-сувенирной продукции.

Суд кассационной инстанции пришел к выводу о несостоятельности этого довода налоговой инспекции по следующим основаниям. Как отмечено в пункте 1 статьи 247 Налогового кодекса Российской Федерации, объектом обложения налогом на прибыль для российских организаций признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 Кодекса.

Согласно статье 252 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 Кодекса). Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 Кодекса, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода. В силу подпункта 6 пункта 1 статьи 253 Налогового кодекса Российской Федерации расходы, связанные с производством и реализацией, включают в себя прочие расходы, связанные с производством и (или) реализацией, к которым согласно подпункту 28 пункта 1 статьи 264 Кодекса относятся расходы на рекламу производимых (приобретенных) и (или) реализуемых товаров (работ, услуг), деятельности налогоплательщика, товарного знака и знака обслуживания, включая участие в выставках и ярмарках, с учетом положений пункта 4 статьи 264 Кодекса. На основании данного пункта к прочим расходам отнесены расходы на приобретение призов, вручаемых победителям розыгрышей таких призов во время проведения массовых рекламных кампаний, осуществленных им в течение отчетного (налогового) периода, для целей налогообложения. Указанные расходы признаются в размере, не превышающем 1 процента выручки от реализации, определяемой в соответствии со статьей 249 Кодекса.

Определение понятия «реклама» для целей налогообложения прибыли дано в Федеральном законе от 18.07.95 № 108-ФЗ «О рекламе». При этом расходы на рекламу, учитываемые для целей налогообложения в размере фактических расходов, предусмотрены пунктом 4 статьи 264 Налогового кодекса Российской Федерации, и расширению этот перечень не подлежит. Согласно статье 2 названного Закона реклама - это распространяемая в любой форме, с помощью любых средств информация о физическом или юридическом лице, товарах, идеях и начинаниях (рекламная информация), которая предназначена для неопределенного круга лиц и призвана формировать или поддерживать интерес к этим физическому, юридическому лицу, товарам, идеям и начинаниям и способствовать реализации товаров, идей и начинаний.

Из приведенных норм следует, что обязательным признаком рекламной информации является ее целевая направленность на реализацию товаров, идей и начинаний. Суд установил, что общество с октября 2003 по апрель 2004 года осуществляло в рекламных целях раздачу на выставках сувенирной продукции с информацией о налогоплательщике. В данном случае указанная сувенирная продукция (авторучки, листовки, полиэтиленовые пакеты и др.) по своим признакам относится к рекламной.

Поскольку распространение рекламной продукции производилось в связи с необходимостью осуществления компанией своей деятельности и экономически оправданно, суд пришел к правильному выводу о том, что передача продукции на рекламные цели организации не может быть расценена как безвозмездная сделка и не подлежит включению в объект обложения по НДС (дело № Ф08-2299/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

3. Передача имущества участнику общества при его выходе из состава юридического лица не признается реализацией и не облагается НДС только в пределах первоначального взноса.

Общество обратилось с заявлением в арбитражный суд о признании недействительным решения налоговой инспекции в части доначисления налога на добавленную стоимость, пени за несвоевременную уплату налога, штрафа за неуплату налога. Основанием доначисления НДС послужило то, что при выходе из ООО участника общества ей передано имущество на сумму, превышающую ее первоначальный взнос в уставный капитал общества. По мнению налогового органа, передача имущества участнику, вышедшему из общества, стоимость которого превышает стоимость первоначального взноса участника, является реализацией имущества и в соответствии со статьей 146 Налогового кодекса Российской Федерации признается объектом налогообложения по налогу на добавленную стоимость.

Согласно статье 94 Гражданского кодекса Российской Федерации участник общества вправе в любое время выйти из общества независимо от согласия других его участников. При этом ему должна быть выплачена стоимость части имущества, соответствующей его доле в уставном капитале общества в порядке, способом и в сроки, которые предусмотрены законом об обществах с ограниченной ответственностью и учредительными документами общества.

В силу статьи 26 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» участник общества вправе в любое время выйти из общества независимо от согласия других его участников или общества. В случае выхода участника общества из общества его доля переходит к обществу с момента подачи заявления о выходе из общества. Общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за год, в течение которого было подано заявление о выходе из общества, либо с согласия участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости, а в случае неполной оплаты его вклада в уставный капитал общества - действительную стоимость части его доли, пропорциональной оплаченной части вклада.

Как определено пунктом 1 статьи 39 Налогового кодекса Российской Федерации, реализацией товаров, работ или услуг организацией или индивидуальным предпринимателем признается соответственно передача на возмездной основе (в том числе обмен товарами, работами или услугами) права собственности на товары, результатов выполненных работ одним лицом для другого лица, возмездное оказание услуг одним лицом другому лицу, а в случаях, предусмотренных Кодексом, передача права собственности на товары, результатов выполненных работ одним лицом для другого лица, оказание услуг одним лицом другому лицу - на безвозмездной основе. Подпунктом 5 пункта 3 статьи 39 Кодекса установлено, что не признается реализацией товаров, работ или услуг передача имущества в пределах первоначального взноса участнику хозяйственного общества или товарищества (его правопреемнику или наследнику) при выходе (выбытии) из хозяйственного общества или товарищества, а также при распределении имущества ликвидируемого хозяйственного общества или товарищества между его участниками.

В связи с этим суд кассационной инстанции признал обоснованным утверждение налогового органа о том, что разница между стоимостью первоначального взноса и стоимостью переданного имущества подлежит обложению НДС.

Между тем, выполняя указания суда кассационной инстанции при повторном рассмотрении дела, суд апелляционной инстанции установил, что выделенное имущество приобреталось в период приватизации за счет средств именно этого учредителя. При выходе участника из общества ей передано имущество в пределах ее первоначального взноса, на который приобреталось данное имущество. Стоимость указанного имущества увеличилась в результате проведенных переоценок основных средств.

Таким образом, передача имущества участнику общества при выходе осуществлена в пределах первоначального взноса. Данная операция не признается статьей 39 Налогового кодекса Российской Федерации реализацией и не облагается НДС (дело
№ Ф08-6609/05).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

4. Невыделение суммы налога на добавленную стоимость в расчетном документе, в данном случае в кассовом чеке, не является безусловным основанием для отказа в применении права на налоговый вычет при соблюдении всех необходимых для этого условий, предусмотренных статьями 171, 172 Налогового кодекса Российской Федерации.

Индивидуальный предприниматель обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения налоговой инспекции о доначислении налога на добавленную стоимость, пени и штрафа по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации.

Решением суда заявленные требования удовлетворены. Судебный акт мотивирован тем, что налоговое законодательство не предусматривает такого основания для отказа в вычете по налогу на добавленную стоимость, как невыделение суммы налога в кассовом чеке.

Суд кассационной инстанции указал на правомерность удовлетворения заявленных требований с учетом следующего.

На основании пунктов 1, 2 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога на добавленную стоимость, исчисленную в соответствии со статьей 166 Налогового кодекса Российской Федерации, на суммы налоговых вычетов, которым подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику и уплаченные им при приобретении товаров (работ, услуг) в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения, а также приобретаемых для перепродажи.

В силу статьи 172 Налогового кодекса Российской Федерации вычеты сумм налога, предъявленные налогоплательщику и уплаченные им при приобретении товаров (работ, услуг), производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога и принятие на учет указанных товаров (работ, услуг). Вычетам подлежат только суммы налога, предъявленные налогоплательщику и уплаченные им при приобретении товаров (работ, услуг), после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг) с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей, и при наличии соответствующих первичных документов.

В обоснование правомерности вычета по налогу налогоплательщик представил счета-фактуры, товарные накладные, квитанции к приходным кассовым ордерам, кассовые чеки. Суммы, уплаченные согласно представленным кассовым чекам, соответствуют суммам, указанным в счетах-фактурах, квитанциях к приходным кассовым ордерам, накладным, в которых сумма налога выделена отдельной строкой.

Следовательно, уплата сумм налога подтверждена налогоплательщиком надлежащим образом (дело № Ф08-6707/05).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

5. Реализация лома и отходов драгоценных металлов покупателям, являющимся специальными субъектами, для производства драгоценных металлов и аффинажа не подлежит налогообложению НДС на основании подпункта 9 пункта 3 статьи 149 Налогового кодекса Российской Федерации.

Общество обратилось в арбитражный суд к налоговой инспекции с заявлением о признании незаконным решения в части доначисления налога на добавленную стоимость, пени и штрафа по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации; признания заниженной выручки за 2001 год от реализации обществом лома и отходов, содержащих драгоценные металлы с доначислением налога на прибыль, пени и привлечения к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации.

Налоговая инспекция обратилась в арбитражный суд с заявлением о взыскании с общества штрафа.

Решением суда заявленные обществом требования удовлетворены частично.

Требования налоговой инспекции удовлетворены частично.

Суд кассационной инстанции, оставляя решение суда без изменения, указал, что общество в проверяемом налоговом периоде имело код ОКОНХ: 12412 - «производство драгоценных металлов»; регистрационное удостоверение от 17.04.2000 № 2778 на право осуществления операций с драгоценными металлами: заготовка и первичная обработка лома и отходов, содержащих драгоценные металлы, с последующей их реализацией для дальнейшей переработки и аффинирования в установленном законом порядке.

Данное регистрационное удостоверение выдано на основании постановления Правительства Российской Федерации от 25.06.92 № 431 «О порядке сбора, приемки и переработки лома и отходов драгоценных металлов и драгоценных камней», которым юридическим лицам разрешено осуществлять заготовку лома и отходов драгоценных металлов в силу регистрационных удостоверений, выдаваемых Комитетом драгоценных металлов и драгоценных камней при Минфине России.

В соответствии с регистрационным удостоверением от 17.04.2000 № 2778 общество приобретало у граждан и организаций лом и отходы драгоценных металлов, осуществляло их заготовку, первичную обработку (доработку и формирование) и реализовывало покупателям, являющимся специальными субъектами, для производства драгоценных металлов и аффинажа.

По договорам купли-продажи с юридическими лицами, осуществляющими операции с драгоценными металлами, общество реализовывало лом и отходы драгоценных металлов.

Из материалов дела видно, что за проверяемый налоговый период общество не реализовывало лом и отходы, содержащие драгоценные металлы другим организациям. Этот факт налоговая инспекция не оспаривает. По условиям договоров купли-продажи, общество принимало обязательство продать покупателям списанное оборудование, лом и отходы, содержащие драгоценные металлы (сырье), а покупатели - купить сырье, выполнить его первичную обработку с целью извлечения элементов, содержащих драгметаллы, и получения обогащенного концентрата, отправки его с целью аффинажа и реализации в установленном законом порядке. Данные организации имели договорные отношения на оказание услуг по аффинажу драгоценных металлов с предприятиями, включенными в утвержденный Правительством Российской Федерации перечень организаций, имеющих право осуществлять аффинаж драгоценных металлов.

Суд правомерно оценил деятельность общества по заготовке, извлечению драгоценных металлов из лома и отходов на стадии первичной обработки и переработки, дальнейшей реализации их покупателям для более глубокой переработки и передачи на аффинажные заводы как составную часть процесса производства драгоценных металлов, поскольку производство - это процесс превращения сырьевых ресурсов в готовую продукцию.

Таким образом, общество правомерно воспользовалось льготой, предусмотренной подпунктом «с» пункта 1 статьи 5 Закона Российской Федерации «О налоге на добавленную стоимость» и подпунктом 9 пункта 3 статьи 149 Налогового кодекса Российской Федерации, так как по смыслу данных норм права основания для освобождения от налогообложения законодатель связывает с условиями оформления сделок в отношении сырья, содержащего драгоценные металлы (дело № Ф08-1724/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

6.3. Споры, связанные с уплатой единого социального налога и налога на доходы физических лиц

1. Деятельность по выращиванию винограда и изготовления из него вина относится к деятельности, льготируемой по пункту 1 статьи 241 Налогового кодекса Российской Федерации (пониженные ставки единого социального налога).

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением к налоговой инспекции о признании недействительными требования, решения в части взыскания налогов.

Решением суда заявленные требования удовлетворены в части.

Суд кассационной инстанции, оставив решение суда без изменения, исходил из следующего. В соответствии с Федеральным законом от 08.12.95 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» к сельскохозяйственным товаропроизводителям относятся физические или юридические лица, осуществляющие производство сельскохозяйственной продукции, которая составляет в стоимостном выражении более 50% общего объема производимой продукции, в том числе рыболовецкая артель (колхоз), производство сельскохозяйственной (рыбной) продукции и объем вылова водных биоресурсов в которой составляет в стоимостном выражении более 70% общего объема производимой продукции.

Федеральный закон от 09.07.02 № 83-ФЗ «О финансовом оздоровлении сельскохозяйственных товаропроизводителей» содержит иное определение «сельскохозяйственного товаропроизводителя». Согласно данному Закону под сельскохозяйственными товаропроизводителями понимаются организации, крестьянские (фермерские) хозяйства и индивидуальные предприниматели, доля выручки которых от реализации произведенной и переработанной ими сельскохозяйственной продукции в общей выручке от реализации продукции (выполнения работ, оказания услуг) за предшествующий год составила не менее 50%.

Учитывая положения пункта 7 статьи 3 Кодекса о толковании всех противоречивых актов законодательства о налогах и сборах в пользу налогоплательщика, применение пониженных ставок по единому социальному налогу возможно теми налогоплательщиками, которые соответствуют критериям Федерального закона от 08.12.95 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» или Федерального закона от 09.07.02 № 83-ФЗ «О финансовом оздоровлении сельскохозяйственных товаропроизводителей».

Из материалов дела видно, что основным видом деятельности общества является выращивание винограда и производство виноградного вина.

Согласно приложению «А» («описание группировок») Общероссийского классификатора видов экономической деятельности к разделу «А» «Сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство» к сельскому хозяйству относится выращивание винограда (01.13.01), которое включает в себя выращивание винограда на вино и столового винограда, производство вина из винограда, выращенного данным хозяйством, выращивание посадочного материала виноградных насаждений.

Поскольку деятельность общества в 1 квартале 2005 года по производству сельскохозяйственной продукции составила в стоимостном выражении более 50% от общего объема произведенной продукции, общество в 1 квартале 2005 года обоснованно применяло пониженные ставки единого социального налога, указанные в пункте 1 статьи 241 Налогового кодекса Российской Федерации и пониженные тарифы страховых взносов, предусмотренные подпунктом 2 пункта 2 Федерального закона «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» (дело № Ф08-1476/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

2. В налогооблагаемую базу по НДФЛ не включаются доходы налогоплательщика, физического лица, если сделка, по которой получен указанный доход, признана недействительной.

Кущевское райпо обратилось в арбитражный суд к ИФНС России по Кущевскому району Краснодарского края с заявлением о признании недействительным решения. Требование мотивировано тем, что налоговой инспекцией неправомерно включен в налогооблагаемую базу по НДФЛ доход по сделкам, признанным судом недействительными.

Решением суда, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, заявленные требования удовлетворены. Судебные акты мотивированы тем, что налогоплательщики по признанным недействительными сделкам купли-продажи долей в уставном капитале ООО «Мельница» доход не получили, у них возникло установленное вступившим в законную силу решением суда обязательство возвратить полученное по сделке. Таким образом, у общества отсутствуют основания удержать и перечислить НДФЛ в бюджет.

Суд кассационной инстанции, оставляя без изменения решение и постановление апелляционной инстанции, указал, что решением суда признаны недействительными договоры купли-продажи долей в уставном капитале ООО «Мельница».

В соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре, возместить его стоимость.

Объект налогообложения у физических лиц в данном случае не возник исходя из положений статьи 209 Налогового кодекса Российской Федерации, согласно которой объектом обложения налогом на доходы физических лиц признается полученный налогоплательщиками доход (дело № Ф08-1921/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

3. Страхователям - индивидуальным предпринимателям, добровольно вступающим в правоотношения по обязательному пенсионному страхованию, необходимо самостоятельно подать заявление в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации о регистрации в таком качестве.

Согласно ведомости уплаты страховых взносов управление Пенсионного фонда Российской Федерации зачислило на индивидуальный лицевой счет предпринимателя лишь часть фактически уплаченных им страховых взносов на обязательное страхование, а остальные суммы перенесло в качестве переплаты на следующий год.

Статья 29 Федерального закона от 15.12.01 № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» (далее - Закон № 167‑ФЗ) предусматривает право физических лиц, уплачивающих страховые взносы в виде фиксированного платежа на финансирование страховой и накопительной частей трудовой пенсии, добровольно вступить в правоотношения по обязательному пенсионному страхованию и осуществлять уплату страховых взносов в бюджет Пенсионного фонда Российской Федерации в части, превышающей суммы установленного фиксированного платежа.

Во исполнение статьи 7 Федерального закона от 23.12.03 № 185-ФЗ «О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации в части совершенствования процедур государственной регистрации и постановки на учет юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» Правление Пенсионного фонда Российской Федерации утвердило Порядок регистрации в территориальных органах Пенсионного фонда Российской Федерации страхователей, уплачивающих страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации в виде фиксированного платежа (далее - Порядок регистрации). Названный документ устанавливает различный порядок регистрации страхователей, уплачивающих страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации в виде фиксированного платежа, и лиц, добровольно вступающих в правоотношения по обязательному пенсионному страхованию. Последние регистрируются в территориальных органах Пенсионного фонда Российской Федерации в качестве страхователей на основании заявления о регистрации в территориальных органах фонда страхователя, добровольно вступающего в правоотношения по обязательному пенсионному страхованию (пункт 11 Порядка регистрации), после чего им вручается соответствующее извещение о регистрации.

Страхователям - индивидуальным предпринимателям, добровольно вступающим в правоотношения по обязательному пенсионному страхованию, необходимо подать заявление в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации о регистрации в таком качестве.

Предприниматель зарегистрирован как страхователь по обязательному пенсионному страхованию, уплачивающий фиксированный платеж. Данный факт предприниматель неоднократно подтверждал в своих заявлениях в управление, однако не подавал заявление о регистрации в качестве лица, добровольно вступающего в правоотношения по обязательному пенсионному страхованию. Ему не вручалось извещение о регистрации в территориальных органах Пенсионного фонда Российской Федерации страхователя, вступившего в добровольные правоотношения по обязательному пенсионному страхованию.

При таких обстоятельствах у управления имелись все основания считать, что предприниматель в силу статьи 28 Закона № 167-ФЗ обязан уплачивать суммы страховых взносов в бюджет Пенсионного фонда Российской Федерации лишь в виде фиксированного платежа. При отсутствии письменного заявления страхователя о том, что перечисленные им денежные средства являются страховыми взносами в виде фиксированного платежа в размере, превышающем минимальный, управление обоснованно признало их переплатой (дело № Ф08-6626/05).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

6.4. Споры по уплате налога на прибыль организаций

1. Включение бюджетных средств, выделенных предприятию по мобилизационному заданию во внереализационные расходы, уменьшающие налогооблагаемую прибыль, неправомерно.

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением к налоговой инспекции о признании недействительным решения налоговой инспекции в части взыскания налога на прибыль, пени и штрафа по пункту 1 стати 122 Налогового кодекса Российской Федерации.

Решением суда, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, суд отказал в удовлетворении заявленных требований. Суд кассационной инстанции признал обоснованной позицию судов.

В силу статьи 2 Закона Российской Федерации «О налоге на прибыль предприятий и организаций» объектом обложения налогом на прибыль являлась валовая прибыль предприятия, уменьшенная (увеличенная) в соответствии с положениями, предусмотренными названной статьей. Валовая прибыль представляла собой сумму прибыли (убытка) от реализации продукции (работ, услуг), основных фондов (включая земельные участки), иного имущества предприятия и доходов от внереализационных операций, уменьшенных на сумму расходов по этим операциям. Прибыль (убыток) от реализации продукции (работ, услуг) определялась как разница между выручкой от реализации продукции (работ, услуг) без налога на добавленную стоимость и акцизов и затратами на производство и реализацию, включаемыми в себестоимость продукции (работ, услуг). Согласно статье 8 Закона одновременно с расчетами налога по фактически полученной прибыли предприятиями представляются дополнительные материалы по определению налогооблагаемой прибыли.

Перечень затрат, включаемых в себестоимость продукции (работ, услуг), определялся Положением о составе затрат по производству и реализации продукции, включаемых в себестоимость продукции, и о порядке формирования финансовых результатов, учитываемых при налогообложении прибыли, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 05.08.92 № 552. В подпункте «х» пункта 2 названного Положения предусматривалось включение в себестоимость продукции амортизационных отчислений на полное восстановление основных производственных фондов. Вместе с тем согласно пункту 1 данного Положения себестоимость продукции (работ, услуг) представляла собой стоимостную оценку используемых в процессе производства продукции (работ, услуг) природных ресурсов, сырья, материалов, топлива, энергии, основных фондов, трудовых ресурсов, а также других затрат на ее производство и реализацию.

В пункте 11 Положения о порядке начисления амортизационных отчислений по основным фондам в народном хозяйстве, утвержденного Госпланом СССР, Минфином СССР, Госбанком СССР, Госкомцен СССР, Госкомстатом СССР, Госстроем СССР 29.12.90 № ВГ-21-Д/144/17-24/4-73 (№ ВГ-9-Д), определено, что возмещение балансовой (первоначальной или восстановительной) стоимости основных фондов предприятий осуществляется путем включения амортизационных отчислений по утвержденным единым нормам в издержки производства (обращения).

Из смысла приведенных норм следует, что амортизация представляет собой постепенный перенос затрат, понесенных налогоплательщиком на приобретение основных средств производства, на себестоимость продукции с целью их возмещения. Таким образом, в себестоимость продукции подлежали включению амортизационные отчисления, начисленные на стоимость основных производственных фондов, приобретенных за счет собственных источников предприятия. При отсутствии у предприятия затрат на приобретение основного средства амортизационные отчисления от балансовой стоимости этого имущества не должны были относиться на себестоимость продукции и уменьшать налоговую базу по налогу на прибыль.

Установив, что в 2001 году общество за счет бюджетных ассигнований приобрело технологическое оборудование (4 питателя роторных и шкаф окончательной расстройки), суды обоснованно признали включение обществом в состав себестоимости амортизационных отчислений, начисленных на стоимость названных основных средств, неправомерным, а доначисление обществу налога на прибыль за 2001 год законным и обоснованным (дело № Ф08-6248/05).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

2. Стоимость набора продуктов питания (сухие пайки), выданных лицам, работающим вахтовым методом, относится к расходам на оплату труда, уменьшающим налогооблагаемую прибыль организации.

ООО обратилось в арбитражный суд с заявлением о частичном признании недействительным решения налоговой инспекции.

Требование в части признания недействительным доначисления 237 725 рублей налога на прибыль, штрафа и пени мотивировано тем, что выдача предприятием работникам продуктов питания (сухих пайков) является расходами на оплату труда работников, привлекаемых для работы вахтовым методом в соответствии с трудовым договором.

Налоговая инспекция обратилась в суд с заявлением о взыскании с общества налоговых санкций.

Решением суда, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, решение налоговой инспекции признано недействительным, в том числе в части доначисления налога на прибыль, штрафа. К обществу применены штрафные санкции. Судебные акты мотивированы тем, что общество правомерно включило в расходы, принимаемые для целей исчисления налога на прибыль, стоимость сухих пайков; обоснованно привлечено к налоговой ответственности по статье 123 Налогового кодекса Российской Федерации. Начисление пени за несвоевременную уплату страховых взносов возможно только по итогам квартала.

Суд кассационной инстанции, оставляя без изменения судебные акты в части доначисления налоговой инспекцией обществу 237 725 рублей налога на прибыль, штрафа и пени, указал, что в соответствии с пунктом 1 статьи 252 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 Кодекса). Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 Кодекса, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. В силу статьи 255 Кодекса в расходы налогоплательщика на оплату труда включаются любые начисления работникам в денежной и (или) натуральной формах, стимулирующие начисления и надбавки, компенсационные начисления, связанные с режимом работы или условиями труда, премии и единовременные поощрительные начисления, расходы, связанные с содержанием этих работников, предусмотренные нормами законодательства Российской Федерации, трудовыми договорами (контрактами) и (или) коллективными договорами.

Общество производило оплату труда частично в натуральной форме посредством выдачи лицам, работающим вахтовым методом, сухих пайков (дело № Ф08-2701/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

6.5. Споры, связанные со взысканием единого налога на вмененный доход

1. В целях исчисления единого налога на вмененный доход под торговым местом при осуществлении розничной торговли следует понимать специально оборудованное место непосредственного взаимодействия продавца и покупателя по передаче товара во исполнение договора розничной купли-продажи, характеризующееся наличием определенной пространственной обособленности и торгового оборудования, а также возможностью осуществления непосредственного контакта между продавцом и покупателем.

Суд по заявлению предпринимателя признал недействительным решение налоговой инспекции о доначислении единого налога на вмененный доход, поскольку налоговая инспекция не доказала факт использования предпринимателем двух торговых мест вместо одного.

Налоговая инспекция, принимая оспариваемое решение, исходила из того, что предприниматель согласно договору арендует у МУП г. Тихорецка «Центральный рынок» два торговых места на территории рынка (ряд № 7, места 29, 30).

Статья 346.27 Налогового кодекса Российской Федерации определяет торговое место как место, используемое для совершения сделок купли-продажи. В соответствии с ГОСТом Р 51303-99 «Торговля. Термины и определения», утвержденным постановлением Госстандарта России от 11.08.99 № 242-ст, под торговым местом при осуществлении розничной торговли следует понимать специально оборудованное место непосредственного взаимодействия продавца и покупателя по передаче товара во исполнение договора розничной купли-продажи, характеризующееся наличием определенной пространственной обособленности и торгового оборудования, а также возможностью осуществления непосредственного контакта между продавцом и покупателем.

Предприниматель для розничной торговли приобрел торговый лоток роллетного типа размером 3 х 1,75 м.

Договор с МУП г. Тихорецка «Центральный рынок» предусматривает предоставление услуг по размещению лотка, а не торговых мест. МУП г. Тихорецка «Центральный рынок» не определяет места под размещение одного лотка роллетного типа как торговые.

По мнению кассационной инстанции, суд, исходя из указанных признаков торгового места, сделал правильный вывод о том, что спорные торговые места, используемые предпринимателем для осуществления розничной торговли, представляют собой единое торговое место (лоток роллетного типа), не имеющее конструктивного разделения. Места, предоставленные под размещение одного роллетного лотка, не могут служить определяющими показателями количества торговых мест при исчислении единого налога на вмененный доход (дела № Ф08-1733/06, Ф08-1889/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

2. Продажа товаров с использованием помещения типа «контейнер» квалифицируется как розничная торговля, осуществляемая через стационарные места организации торговли без торгового зал. В этом случае единый налог на вмененный доход исчисляется из расчета площади контейнера, а не количества рабочих мест.

Решением суда отказано в удовлетворении заявления о взыскании с предпринимателя недоимки, пени и штрафа по единому налогу на вмененный доход, поскольку налоговая инспекция не доказала факт осуществления предпринимателем торговли из помещения контейнерного типа, поэтому необоснованно начислила налог исходя из площади контейнера.

Постановлением апелляционной инстанции решение суда отменено, заявленные требования налоговой инспекции удовлетворены в полном объеме.

Суд апелляционной инстанции установил, что предприниматель осуществлял розничную торговлю с использованием складского помещения (контейнера) площадью 40 кв. м.

Кассационная инстанция согласилась с выводом апелляционной инстанции о том, что тем самым предприниматель занимался розничной торговлей, осуществляемой через стационарные места организации торговли без торгового зала, к которым относятся палатки, киоски, контейнеры и другие места (дело № Ф08-2482/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

3. Организация и проведение компьютерных игр в компьютерном зале относится к предпринимательской деятельности в сфере оказания бытовых услуг физическим лицам, облагаемой единым налогом на вмененный доход.

Решением суда отказано в удовлетворении заявления налоговой инспекции о взыскании с предпринимателя налогов по общей системе налогообложения. По мнению суда, предприниматель согласно действующему законодательству являлся плательщиком единого налога на вмененный доход, поскольку при организации и проведении компьютерных игр в компьютерном зале фактически осуществлял предпринимательскую деятельность в сфере оказания бытовых услуг физическим лицам.

Оставляя без изменения решение суда, кассационная инстанция приняла во внимание следующее.

Статья 3 Закона Ставропольского края от 18.11.98 № 32-КЗ «О едином налоге на вмененный доход для определенных видов деятельности на территории Ставропольского края», действовавшего до 01.01.03, предусматривала, что плательщиками данного налога являются юридические и физические лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность в сфере оказания бытовых услуг физическим лицам, включая прокат, за исключением проката кинофильмов. Из содержания этого Закона следует, что обложению единым налогом подлежит деятельность по прокату. В соответствии с пунктом 2 статьи 346.26 Налогового кодекса Российской Федерации, вступившего в силу с 01.01.03, система налогообложения в виде единого налога на вмененный доход для отдельных видов деятельности может применяться по решению субъекта Российской Федерации и в отношении оказания бытовых услуг.

В силу статьи 346.27 Налогового кодекса Российской Федерации для целей главы 26.3 данного Кодекса бытовыми услугами признаются платные услуги, оказываемые физическим лицам, классифицируемые в соответствии с Общероссийским классификатором услуг населению. Согласно Общероссийскому классификатору услуг населению ОК 002-093 (ОКУН), принятому постановлением Комитета Российской Федерации по стандартизации, метрологии и сертификации от 28.06.93 № 163, в группу 01 «Бытовые услуги» включены услуги предприятий по прокату компьютеров, игровых программ (код подгруппы 019400) и почасовой прокат предметов в специальных помещениях (код 019430).

На основании статьи 626 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору проката арендодатель обязуется предоставить арендатору движимое имущество за плату во временное владение и пользование. Договор проката составляется в простой письменной форме и является публичным договором. Имущество, предоставляемое по договору проката, используется для потребительских целей, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из существа обязательства. При этом следует иметь в виду, что в соответствии со статьей 130 Гражданского кодекса Российской Федерации движимым имуществом признаются вещи (включая ценные бумаги и деньги), не относящиеся к недвижимости, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно. Таким образом, предметом договора проката в рамках бытовых услуг может быть любое движимое имущество, предоставляемое населению для использования в потребительских либо иных предусмотренных целях, независимо от места, а также особенностей и условий его использования.

Действовавшее в 2001 - 2003 годах налоговое законодательство не связывает обязанность исчисления и уплаты налога с выполнением требований других отраслей законодательства, в том числе гражданского. Налог начисляется и уплачивается исключительно на основании и в соответствии с теми правовыми нормами, которые содержатся в налоговом законодательстве. Отсутствие письменного договора проката не меняет правовую природу оказываемых предпринимателем услуг по прокату, не свидетельствует об осуществлении им иных возмездных услуг, не включаемых в перечень бытовых, не влечет запрета учитывать последние для целей налогообложения в качестве бытовых услуг.

Деятельность предпринимателей, направленная на систематическое извлечение доходов от оказания услуг по прокату компьютеров, игровых программ на основе заключенных с ними договоров проката (в том числе почасового проката в специальных помещениях), подпадает в установленном порядке под действие системы налогообложения в виде единого налога на вмененный доход по деятельности в сфере оказания бытовых услуг (дело № Ф08-2234/06).

Практика окружного суда соответствует подходу, сформулированному в Решении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.05.04 № 4719/04, согласно которому оказание бытовых услуг в силу статьи 346.26 Налогового кодекса Российской Федерации относится к сфере предпринимательской деятельности, получая доход от которой организация вправе перейти на единый налог на вмененный доход. Понятие «бытовые услуги» раскрывается в статье 346.27 Кодекса как платные услуги, оказываемые физическим лицам (за исключением услуг ломбардов), классифицируемые в соответствии с Общероссийским классификатором услуг населению. Положения статей 346.26 и 346.27 Кодекса в их взаимосвязи позволяют сделать вывод о том, что организации при оказании бытовых услуг правомочны перейти на единый налог на вмененный доход, оказывая любую из услуг, установленных классификатором… Законом не предоставлено МНС России право дополнять и сокращать перечень видов предпринимательской деятельности, при осуществлении которых возможно применение системы налогообложения в виде единого налога на вмененный доход.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

4. Стороны в договоре простого товарищества вправе определить порядок распределения обязанностей по уплате единого налога на вмененный доход.

Предприниматели Кокарева Н.В. и Болдырева С.Ю. заключили договор простого товарищества о сотрудничестве в области розничной торговли в магазине площадью 26,7 кв. м. Согласно пункту 2.7 договора оплату единого налога на вмененный доход стороны производят в следующем порядке: Кокарева Н.В. - за 17,7 кв. м, а Болдырева С.Ю. - за 9 кв. м.

Исходя из этого, предприниматели при расчете и уплате единого налога на вмененный доход применили физический показатель, характеризующий данный вид деятельности (площадь торгового зала), равный площади, указанной в договоре (Кокарева Н.В. - 17,7 кв. м, Болдырева С.Ю. - 9 кв. м). Налоговая инспекция по результатам камеральной проверки представленной предпринимателем Кокаревой Н.В. декларации по единому налогу на вмененный доход доначислила ей единый налог на вмененный доход с остальной площади магазина.

Решением суда отказано в удовлетворении заявления предпринимателя Кокаревой Н.В. о признании недействительным решения налоговой инспекции о доначислении единого налога на вмененный доход. Судебный акт мотивирован тем, что налоговым законодательством не предусмотрена возможность распределения обязанности по уплате налогов на основании гражданского договора, заключенного налогоплательщиками.

Постановлением апелляционной инстанции решение суда отменено, заявленные требования удовлетворены, поскольку каждый участник договора простого товарищества самостоятельно исполняет обязанность по уплате единого налога на вмененный доход в части, приходящейся на его долю.

Оставляя без изменения постановление суда апелляционной инстанции, кассационная инстанция отметила следующее. Согласно статье 346.27 Налогового кодекса Российской Федерации площадью торгового зала (зала обслуживания посетителей) является площадь всех помещений и открытых площадок, используемых налогоплательщиком для торговли, определяемая на основе инвентаризационных и правоустанавливающих документов.

Главным критерием, характеризующим торговую площадь, является ее использование для торговли. С учетом этого расчет единого налога на вмененный доход при осуществлении розничной торговли через объекты стационарной торговой сети, имеющие торговые залы, производится исходя из количества квадратных метров площади, используемой в указанном виде деятельности (часть 3 статьи 346.29 Налогового кодекса Российской Федерации).

Оспариваемое решение налоговой инспекции о доначислении налога со всей площади торгового зала магазина принято по результатам камеральной проверки без осмотра торговой точки предпринимателя. Налоговая инспекция не представила доказательства использования предпринимателем Кокаревой Н.В. площади большей, чем указано в расчете единого налога на вмененный доход. Предприниматели обоснованно производили расчет налога согласно той части площади магазина, которая оговорена ими в пункте 2.7 договора о простом товариществе: Кокарева Н.В. - за 17,7 кв. м, а Болдырева С.Ю. - за 9 кв. м, и совместно уплатили единый налог на вмененный доход с площади магазина, равной 26,7 кв. м.

Суд кассационной инстанции отклонил довод налоговой инспекции о том, что налоговым законодательством не предусмотрена возможность распределения обязанности по уплате налогов на основании гражданского договора, заключенного налогоплательщиками.

Налоговое законодательство не содержит запрета субъектам предпринимательской деятельности осуществлять предпринимательскую деятельность в рамках института простого товарищества. Кроме того, предприниматели при расчете суммы налога руководствовались разъяснениями налоговой инспекции о том, что каждый участник договора простого товарищества признается плательщиком единого налога на вмененный доход исходя из значений базовой доходности данного вида деятельности и фактического объема физических показателей, определяемых пропорционально стоимости вкладов товарищей, либо установленных (распределенных) в отношении каждого товарища договором о совместной деятельности или дополнительным соглашением
(дело № Ф08-748/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

5. Право на применение вычета по единому налогу на вмененный доход в порядке пункта 2 статьи 346.32 Налогового кодекса Российской Федерации законодатель связывает с фактической уплатой страховых взносов на обязательное пенсионное страхование.

Решением суда и постановлением апелляционной инстанции отказано в удовлетворении заявления о взыскании с предпринимателя недоимки, пени и штрафа по единому налогу на вмененный доход. Судебные инстанции исходили из правомерности уменьшения налогоплательщиком суммы единого налога на вмененный доход на сумму страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, уплаченных за тот же период.

Кассационная инстанция признала правильным данный вывод судебных инстанций, поскольку в силу пункта 2 статьи 346.32 Налогового кодекса Российской Федерации сумма единого налога, исчисленная за налоговый период, уменьшается налогоплательщиками на сумму страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, уплаченных за этот же период времени, но не более чем на 50 процентов. Налоговый кодекс Российской Федерации связывает право на применение вычета по единому налогу на вмененный доход с фактической уплатой страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, а не с представлением расчетов (декларации) по страховым взносам.

Предприниматель исчислил и уплатил единый налог на вмененный доход в соответствии с установленным ограничением, поэтому у налоговой инспекции отсутствовали основания для доначислений по налогу (дело № Ф08-1613/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

6. Деятельность по реализации товаров в кредит физическим лицам по договорам розничной купли-продажи относится к розничной торговле независимо от формы расчетов и облагается единым налогом на вмененный доход.

Предприниматель осуществлял розничную торговлю мебелью через объект стационарной торговли (магазин) площадью 20 кв. м с использованием следующих расчетов: за наличный расчет и путем внесения покупателем первого взноса в кассу магазина в момент приобретения товара, а остальную сумму за покупателя перечислял банк по договору кредита. Предприниматель вел раздельный учет доходов и расходов по наличной и безналичной формам деятельности, исчисляя единый налог на вмененный доход по торговле за наличный расчет и единый налог, уплачиваемый в связи с применением упрощенной системы налогообложения, по безналичной форме оплаты.

Оставляя без изменения решение суда о признании недействительным решения налоговой инспекции о доначислении единого налога, уплачиваемого в связи с применением упрощенной системы налогообложения, кассационная инстанция поддержала вывод суда о том, что внесение покупателями наличных денежных средств на счет продавца является наличным расчетом.

Согласно пункту 2 статьи 346.26 Налогового кодекса Российской Федерации система налогообложения в виде единого налога на вмененный доход для отдельных видов деятельности может применяться по решению субъекта Российской Федерации в отношении розничной торговли, осуществляемой через магазины и павильоны с площадью торгового зала по каждому объекту организации торговли не более 150 кв. м, палатки, лотки и другие объекты организации торговли, в том числе не имеющие стационарной торговой площади.

Статья 346.27 Налогового кодекса Российской Федерации определяет понятие розничной торговли как торговлю товарами и оказание услуг покупателям только за наличный расчет. Следовательно, торговля товарами за безналичный расчет отнесена к предпринимательской деятельности, при осуществлении которой налогоплательщики уплачивают налоги в соответствии с иным режимом налогообложения.

В законодательстве о налогах и сборах отсутствует определение понятия «наличный расчет», поэтому подлежит применению пункт 1 статьи 11 Налогового кодекса Российской Федерации, согласно которому институты, понятия и термины гражданского, семейного и других отраслей законодательства Российской Федерации, используемые в данном Кодексе, применяются в том значении, в каком они используются в этих отраслях законодательства, если иное не предусмотрено Кодексом.

Наличный расчет - расчет наличными деньгами (статьи 140, 861 Гражданского кодекса Российской Федерации). В силу пунктов 2 и 3 статьи 861 Гражданского кодекса Российской Федерации безналичные расчеты производятся через банки, иные кредитные организации, в которых открыты соответствующие счета, если иное не вытекает из закона и не обусловлено используемой формой расчетов. При осуществлении безналичных расчетов допускаются расчеты платежными поручениями, по аккредитиву, чеками, расчеты по инкассо, а также расчеты в иных формах, предусмотренных законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота (статья 862 Кодекса).

Как определено пунктом 9 статьи 5 Федерального закона от 02.12.90 № 395-1 «О банках и банковской деятельности», осуществление переводов денежных средств по поручению физических лиц без открытия банковских счетов (за исключением почтовых переводов) относится к банковским операциям.

Тот факт, что расчет наличными происходил в рамках одной торговой операции по условиям заключенного с банком договора кредитования наряду с безналичным перечислением предпринимателю денежных средств на счет в банке, не влияет на характер расчетов, осуществляемых физическими лицами с предпринимателем.

Согласно письму Министерства финансов Российской Федерации от 11.05.04 № 04‑05-12/26 розничная торговля с использованием смешанной формы расчетов подпадает под действие системы налогообложения в виде единого налога на вмененный доход (дело № Ф08-1146/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и иных окружных судов не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО не выявлены.

6.6. Споры, связанные с уплатой налога на игорный бизнес

1. Обязанность по исчислению налога на игорный бизнес возникает с даты подачи в налоговую инспекцию заявления о регистрации объектов налогообложения. Налоговый кодекс Российской Федерации не предусматривает регистрации в налоговом органе момента начала деятельности фактически установленного объекта обложения налогом на игорный бизнес, поэтому зарегистрированные объекты налогообложения считаются выбывшими с даты представления в инспекцию заявления о регистрации изменений (уменьшений) количества объектов налогообложения.

Оставляя без изменения судебные акты об отказе в удовлетворении заявления о признании недействительным решения налоговой инспекции, суд кассационной инстанции указал, что согласно пункту 4 статьи 366 Налогового кодекса Российской Федерации объект обложения налогом на игорный бизнес считается зарегистрированным с даты представления налогоплательщиком в налоговый орган заявления о регистрации объекта (объектов) налогообложения. Налоговый Кодекс Российской Федерации не предусматривает регистрации в налоговом органе момента начала деятельности фактически установленного объекта налогообложения, а налоговый орган лишен возможности в рамках своих полномочий осуществлять оперативный налоговый контроль, поэтому обязанность по исчислению налога на игорный бизнес возникла у предпринимателя с даты подачи в инспекцию заявления о регистрации объектов налогообложения - игровых автоматов. Названные объекты налогообложения считаются выбывшими с даты представления в инспекцию заявления о регистрации изменений (уменьшений) количества объектов налогообложения (дело № Ф08-1777/06).

Практика окружного суда соответствует практике Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.03.06 № 11390/05: учитывая положения статей 364, 366 Налогового кодекса Российской Федерации, которыми не предусмотрена регистрация в налоговом органе момента начала деятельности фактически установленного объекта налогообложения, отсутствие у налогового органа возможности в рамках своих полномочий осуществлять оперативный налоговый контроль, суд кассационной инстанции пришел к правильному выводу о том, что обязанность по исчислению налога на игорный бизнес возникла с даты подачи в инспекцию заявления о регистрации объекта налогообложения - кассы букмекерской конторы. Соответственно, указанный объект налогообложения будет считаться выбывшим с даты представления в инспекцию заявления о регистрации изменений (уменьшений) количества объектов налогообложения.

Противоречия в практике Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружены.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

2. Игровой автомат «Кран-машина» не облагался налогом на игорный бизнес до 01.01.04.

По делу № Ф08-532/06 суд кассационной инстанции поддержал вывод суда первой инстанции о том, что в период до 01.01.04 в силу требований, указанных в статьях 2, 4 Федерального закона от 31.07.98 № 142-ФЗ «О налоге на игорный бизнес», автоматы «Кран-машина» с вещевым выигрышем в виде мягкой игрушки не отнесены к объектам обложения налогом на игорный бизнес.

С введением в действие с 01.01.04 главы 29 Налогового кодекса Российской Федерации игровые автоматы «Кран-машина» включены в состав объектов обложения налогом на игорный бизнес.

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

6.7. Споры по уплате налога на имущество

1. Применение льготы, установленной пунктом 8 статьи 381 Налогового кодекса Российской Федерации, по отношению к противорадиационному укрытию, не включенному в установленном порядке в перечень имущества мобилизационного назначения, неправомерно.

Банк обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения налоговой инспекции, которым доначислен налог на имущество, пеня и штраф. Налоговая инспекция обратилась с заявлением о взыскании с общества штрафа по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации за неполную уплату налога на имущество.

Решением суда, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, с банка взысканы штрафные санкции. В удовлетворении заявления банка отказано. Судебные инстанции пришли к выводу о необоснованном применении банком льготы, предусмотренной пунктом 8 статьи 381 Налогового кодекса Российской Федерации, поскольку противорадиационное укрытие, по которому налогоплательщиком применена льгота по налогу на имущество, не относится к имуществу мобилизационного назначения.

Суд кассационной инстанции признал судебные акты законными и обоснованными по следующим обстоятельствам.

В силу пункта 8 статьи 381 Налогового кодекса Российской Федерации освобождаются от налогообложения организации в отношении объектов мобилизационного назначения и мобилизационных мощностей, законсервированных и (или) не используемых в производстве; испытательных полигонов, снаряжательных баз, аэродромов, объектов единой системы организации воздушного движения, отнесенных в соответствии с законодательством Российской Федерации к объектам особого назначения.

Для получения льготы по пункту 8 статьи 381 Кодекса банк обязан подтвердить наличие у него льготируемого имущества.

Из анализа норм, содержащихся в Федеральном законе от 26.02.97 № 31-ФЗ
«О мобилизационной подготовке и мобилизации в Российской Федерации» и постановлении Правительства Российской Федерации от 14.07.97 № 860-44
«О мобилизационном плане экономики Российской Федерации», следует, что к имуществу мобилизационного назначения относятся объекты мобилизационного назначения и все виды мобилизационных запасов (резервов), необходимые для выполнения мобилизационных заданий, доводимых в установленном порядке до организаций на основании мобилизационного плана экономики Российской Федерации.

Согласно статье 6 Федерального закона от 26.02.97 № 31-ФЗ «О мобилизационной подготовке и мобилизации в Российской Федерации» организация разработки мобилизационных планов экономики Российской Федерации отнесена к полномочиям Правительства Российской Федерации. Статьями 7 и 8 Закона предусмотрено, что федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органы местного самоуправления в пределах своих полномочий организуют и обеспечивают мобилизационную подготовку и мобилизацию, а также разработку мобилизационных планов. Формирование мобилизационного плана экономики Российской Федерации, осуществление методического руководства и контроля за деятельностью федеральных органов исполнительной власти и органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области мобилизационной подготовки возложено Правительством Российской Федерации на Минэкономики России (Минэкономразвития и торговли России). Письмами от 26.12.02 и 30.06.03 Минэкономразвития и торговли России разъяснило, что перечни имущества мобилизационного назначения предприятий и организаций утверждаются федеральными органами или органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, установившими этим организациям мобилизационные задания.

Таким образом, для применения льготы, предусмотренной пунктом 8 статьи 381 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик должен доказать наличие у него мобилизационного задания и перечня имущества, связанного с обеспечением этого задания.

Порядок оформления документов для подтверждения права на указанную льготу по налогу предусмотрен Положением о порядке экономического стимулирования мобилизационной подготовки экономики от 02.12.02, утвержденным Минэкономразвития и торговли России № ГГ-181, Минфином России № 13-6-5/9564, МНС России
№ БГ-18-01/3. Положением установлено, что льгота по налогу на имущество предоставляется организациям, имеющим мобилизационные задания (заказы) и выполняющим работы по мобилизационной подготовке. При этом под имуществом мобилизационного назначения понимается имущество, предназначенное для выполнения мобилизационных заданий (заказов) в соответствии с заключенными договорами (контрактами). Тем самым законодатель первичным фактором, свидетельствующим о наличии у налогоплательщика права на налоговую льготу, указывает наличие мобилизационного задания (заказа) и выполнение работ по мобилизационной подготовке согласно заключенным договорам (контрактам). Сводный перечень имущества мобилизационного назначения является производным документом, отражающим информацию об объектах имущества, их свойствах и характеристиках, используемых для выполнения мобилизационных заданий (заказов) и заключенных в их исполнение договоров (контрактов).

Из Письма Минэкономразвития и торговли России от 23.07.04 № Д16-665
«Об оформлении и учете документов, подтверждающих право организаций, имеющих мобилизационные задания, на налоговые льготы в 2004 году» следует, что названное Положение действует до утверждения новых Правил за исключением учета в Минэкономразвития и торговли России документов, подтверждающих право на льготы в 2004 году.

Поскольку банк не представил доказательств наличия мобилизационного задания и контракта на выполнение работ по мобилизационной подготовке или фактического выполнения этих работ, в удовлетворении заявленных требований отказано правомерно (дело № Ф08-1239/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

7. Применение законодательства об административных правонарушениях

7.1. Применение норм Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях

1. Нарушение срока представления форм учета и отчетности по валютным операциям не является длящимся правонарушением.

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным постановления территориального управления Федеральной службы финансово-бюджетного надзора в Ростовской области о привлечении к административной ответственности по части 6 статьи 15.25 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Решением суда оспариваемое постановление признано незаконным и отменено в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного статьей 4.5 Кодекса.

Суд кассационной инстанции, оставляя решение без изменения, указал следующее. Общество привлечено к административной ответственности за нарушение срока представления форм учета и отчетности по валютным операциям, которое не может быть отнесено к категории длящихся правонарушений. Срок давности привлечения к административной ответственности за правонарушения, по которым предусмотренная нормативным правовым актом обязанность не выполнена к определенному в нем сроку, начинается с момента наступления указанного срока (дело № Ф08-1347/06).

Практика окружного суда соответствует практике Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.12.05 № 9463/05: нарушение порядка раскрытия информации на рынке ценных бумаг, выразившееся в несвоевременном представлении списка аффилированных лиц, т. е. невыполнение предусмотренной нормативным правовым актом обязанности к установленному в нем сроку по своему характеру не может быть отнесено к категории длящихся правонарушений. В связи с этим срок давности привлечения к административной ответственности следует исчислять со дня совершения административного правонарушения, а не со дня его обнаружения.

Противоречия в практике Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

2. Продажа товаров, не соответствующих требованиям стандартов, техническим условиям или образцам по качеству, комплектности или упаковке образует состав правонарушения по части 1 статьи 14.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а продажа товаров, не соответствующих обязательным требованиям иных государственных стандартов, образует состав правонарушения по части 1 статьи 19.19 Кодекса.

С учетом конкретизации признаков объективной стороны правонарушения ответственность по статье 14.4 Кодекса несет субъект, осуществляющий продажу товаров, выполнение работ или оказание населению услуг, не соответствующих требованиям стандартов, техническим условиям или образцам по качеству, комплектности или упаковке.

При проверке общества установлена продажа товаров с нарушением обязательных требований пунктов 1.2, 1.6 ГОСТа 1510-84 «Нефть и нефтепродукты. Маркировка, упаковка, транспортирование и хранение», не связанных с качеством, комплектностью или упаковкой товаров.

В протоколе технического осмотра нефтепродуктов и акте проверки заместитель директора общества подтвердил своей подписью следующие нарушения: в паспортах на бензин автомобильный, топливо дизельное отсутствует их номер, информация о номерах партий, в паспорте на бензин «Нормаль-80» отсутствует обозначение стандарта, в паспорте на бензин АИ-95 указан отмененный ГОСТ, в паспорте топлива дизельного отсутствует дата выдачи паспорта, информация о марке дизтоплива, номере партии, массе, дате изготовления, юридическом адресе изготовителя.

Согласно пунктам 1.2 и 1.6 ГОСТа 1510-84 «Нефть и нефтепродукты. Маркировка, упаковка, транспортирование и хранение» каждая партия нефтепродуктов должна сопровождаться документом о качестве, содержащим данные о наименовании нефтепродукта, его марке, номере партии, дате, месяце и годе изготовления нефтепродукта, обозначении стандарта, массе нетто и брутто.

Материалами дела подтверждается реализация обществом нефтепродуктов, не соответствующих обязательным требованиям иных государственных стандартов, а не тех, которые предусмотрены частью 1 статьи 14.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Суд кассационной инстанции признал правомерным вывод о нарушении обществом части 1 статьи 19.19 Кодекса и оставил решение без изменения (дело № Ф08‑216/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

3. Для привлечения к административной ответственности по статье 6.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях необходимо установить несоответствие качества алкогольной продукции требованиям государственных стандартов, так как названное правонарушение посягает на здоровье и санитарно-эпидемиологическое благополучие населения.

По смыслу статьи 6.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях для привлечения к административной ответственности необходимо установить несоответствие качества алкогольной продукции требованиям государственных стандартов, так как указанное правонарушение посягает на здоровье и санитарно-эпидемиологическое благополучие населения.

Согласно протоколу об административном правонарушении предпринимателю вменяется в вину неправильное указание на бутылках номера ГОСТа. Несоответствие маркировки на бутылках требованиям ГОСТа не подпадает под действие статьи 6.14 Кодекса.

Несоответствие качества произведенной обществом продукции требованиям государственных стандартов, санитарно-эпидемиологическим правилам и гигиеническим нормативам не установлено, что свидетельствует об отсутствии в его действиях события административного правонарушения по статье 6.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (дело № Ф08-2056/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

4. Подача заявления об оспаривании решения и предписания антимонопольного органа приостанавливает их исполнение на время рассмотрения заявления в суде или арбитражном суде до вступления судебного акта в законную силу лишь в случаях, предусмотренных пунктом 2 статьи 28 Закона Российской Федерации от 22.03.91 № 948-1 (в ред. Федерального закона от 09.10.02 № 122-ФЗ) «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках».

Антимонопольный орган выдал обществу предписание о прекращении нарушений антимонопольного законодательства, которым последнему указано в установленный срок прекратить согласованные действия, направленные на установление (поддержание) розничных цен на рынке автомобильного топлива (АИ-92, АИ-95), перечислить в федеральный бюджет доход, полученный в результате нарушения антимонопольного законодательства, письменно проинформировать антимонопольную службу о прекращении согласованных действий и перечислении полученного дохода.

За неисполнение названного предписания в установленный срок общество привлечено к административной ответственности по части 2 статьи 19.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Общество оспорило постановление о привлечении к административной ответственности в судебном порядке, ссылаясь на то, что не уклонялось от исполнения предписания, а воспользовалось правом на его обжалование в арбитражном суде, которое приостанавливает исполнение предписания до вступления решения суда в законную силу.

Отказывая в удовлетворении заявления, судебные инстанции исходили из того, что коммерческие организации обязаны выполнять действия, предусмотренные решением или предписанием антимонопольного органа, в установленный в нем срок (статья 22 Закона Российской Федерации от 22.03.91 № 948-1 (в ред. Федерального закона от 09.10.02 № 122-ФЗ) «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (далее - Закон о конкуренции)). Согласно части 2 статьи 28 Закона о конкуренции подача заявления приостанавливает исполнение решения и предписания антимонопольного органа о перечислении в федеральный бюджет дохода, полученного в результате нарушения антимонопольного законодательства, о принудительном разделении коммерческой или некоммерческой организации либо о выделении из их состава одной или нескольких организаций, об изменении условий или о расторжении договоров и иных сделок, о заключении договоров с хозяйствующими субъектами на время его рассмотрения в суде или арбитражном суде до вступления решения суда или арбитражного суда в законную силу. В остальных случаях, предусмотренных подпунктом 2 статьи 12 Закона о конкуренции, подача заявления не приостанавливает исполнение решения и предписания антимонопольного органа.

Судебные инстанции не установили обстоятельства, являющиеся в силу части 2 статьи 28 Закона о конкуренции основанием для приостановления решения и предписания антимонопольного органа в части обязания совершить действия, направленные на обеспечение конкуренции, а именно в указанный срок прекратить согласованные действия, направленные на установление (поддержание) розничных цен на рынке автомобильного топлива (АИ-92, АИ-95).

Кассационная инстанция оставила судебные акты без изменения (дело № Ф08‑6286/05).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

5. Лицо, заинтересованное в размещении рекламы, может быть признано ее рекламодателем и привлечено к административной ответственности за допущенные в ее содержании нарушения законодательства о рекламе.

Общество оспорило в судебном порядке постановление административного органа о привлечении к административной ответственности по статье 14.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за ненадлежащую рекламу, полагая, что не является рекламодателем спорной рекламы. Его заинтересованность в рекламе не свидетельствует о том, что он является непосредственным источником рекламы и предпринял активные действия по производству, размещению и распространению рекламной информации.

Судебные инстанции отказали в удовлетворении заявления, указав следующее. Ненадлежащая реклама по своему содержанию являлась рекламой общества, поскольку размещалась на фасаде гипермаркета, принадлежащего обществу, содержала в себе информацию о продаже гипермаркетом рекламируемого товара, о товарном знаке, используемом обществом в своей предпринимательской деятельности. Заявитель при рекламировании бытовой техники, подлежащей обязательной сертификации и не относящейся непосредственно к товарам для несовершеннолетних, использовал изображение ребенка и не указал обязательную информацию - «Товар подлежит обязательной сертификации» - в нарушение пункта 4 статьи 5 и пункта 2 статьи 20 Федерального закона от 18.07.95 № 108-ФЗ «О рекламе» (далее - Закон о рекламе).

Общество по смыслу статьи 2 Закона о рекламе является субъектом, в интересах которого непосредственно распространяется ненадлежащая реклама. Отсутствие договорных отношений с производителем и распространителем рекламы само по себе не свидетельствует о том, что общество не является ее рекламодателем. Кассационная инстанция признала правильным вывод суда (дело № Ф08-1246/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

6. Рекламодатель может нести ответственность за нарушение законодательства о рекламе в части, касающейся места размещения рекламы, если, зная о месте ее размещения, он не предпринял мер для предотвращения распространения ненадлежащей рекламы.

Общество оспорило в судебном порядке постановление административного органа о привлечении к административной ответственности по статье 14.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за ненадлежащую рекламу, полагая, что ответственность за нарушение законодательства о рекламе в части, касающейся места ее размещения, в силу статьи 30 Закона о рекламе должна нести газета, опубликовавшая ненадлежащую рекламу алкогольной продукции с изображением бокалов вина и приглашением на его дегустацию.

Судебные инстанции отказали в удовлетворении заявления, поскольку общество виновно в распространении рекламы, подлежащей размещению только в организациях, осуществляющих деятельность по производству и обороту алкогольной продукции (пункт 1 статьи 17 Федерального закона от 22.11.95 № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции» (далее - Закон № 171-ФЗ)).

Оставляя без изменения судебные акты, кассационная инстанция указала следующее. Являясь рекламопроизводителем спорной рекламы, предназначенной для публикации в печатных изданиях, распространяемых в том числе и среди организаций, не осуществляющих деятельности по обороту и производству алкогольной продукции, общество имело возможность влиять на ее содержание с тем, чтобы исключить нарушение требований Закона № 171-ФЗ и Закона о рекламе, однако не предприняло для этого необходимых мер (дело № Ф08-1436/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

7. Перевозчик несет ответственность по части 3 статьи 16.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях лишь в случае умышленного сообщения таможенному органу недостоверных сведений о наименовании и количестве груза при его прибытии на таможенную территорию Российской Федерации.

Квалификация действий перевозчика по части 3 статьи 16.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и привлечение его к ответственности возможны при условии доказанности факта сообщения последним таможенному органу недостоверных сведений о количестве груза умышленно.

Из материалов дела видно, что недостоверность заявленных сведений о количестве грузовых мест и наименовании товаров при прибытии их на таможенную территорию Российской Федерации установлена таможней не в результате сравнения данных, указанных в документах грузоотправителей и перевозчиков, представленных для таможенного оформления и таможенного контроля, а в ходе таможенного досмотра автомобилей и помещении прибывших товаров на склад временного хранения.

Товары загружены в контейнеры грузовладельцами, запечатаны их пломбами, а в некоторых случаях - пломбами иностранных таможенных органов. Все сведения о товарах включены в коносаменты на основании заявления грузовладельцев. Перевозчики не принимали участия в загрузке контейнеров, не имели возможности проверить их содержимое без повреждения пломб. Кроме того, прием закрытого контейнера без проверки его содержимого не противоречит международной практике контейнерных перевозок под таможенными пломбами.

При прибытии грузов на территорию Российской Федерации перевозчики выполнили требования статьи 72 Таможенного кодекса Российской Федерации, представив таможенному органу полный пакет документов, предусмотренных статьей 74 Кодекса. Сведения о количестве грузовых мест и наименовании товаров в данных документах полностью соответствовали сведениям, заявленным о них грузоотправителями.

Кассационная инстанция признала правильным вывод судебных инстанций о том, что таможенный орган не доказал вины перевозчиков в сообщении таможенному органу недостоверных сведений о количестве грузовых мест и наименовании товаров, в действиях перевозчиков отсутствует состав административного правонарушения по части 3 статьи 16.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (дело № Ф08‑806/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

7.2. Споры, связанные с аннулированием лицензии

Суд при рассмотрении заявления об аннулировании лицензии не должен ограничиться формальной констатацией факта нарушения лицензионного законодательства, не выясняя фактических обстоятельств его совершения.

Согласно пункту 3 статьи 20 Федерального закона от 22.11.95 № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции» лицензия на производство и оборот этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции может быть аннулирована решением суда на основании заявления лицензирующего органа в частности за оборот алкогольной продукции без маркировки или с поддельными марками.

В определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 14.12.2000 № 244-О, от 05.07.01 № 130-О, от 07.06.01 № 139-О, от 07.02.02 № 16-О, постановлениях от 21.11.02 № 6, 15-П, от 30.07.01 № 13-П, информационном письме Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.99 № С1-7/смп-1341 «Об основных положениях, применяемых Европейским Судом по правам человека по защите имущественных прав и права на правосудие» указано, что меры государственного понуждения должны применяться с учетом характера совершенного правонарушения, размера причиненного вреда, степени вины правонарушителя, его имущественного положения и иных существенных обстоятельств. Указанные меры не должны подавлять экономическую самостоятельность и инициативу граждан и юридических лиц, чрезмерно ограничивать право каждого на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, а также право частной собственности.

В связи с этим норма об основаниях аннулирования лицензии не является императивной, устанавливающей безусловную обязанность суда при наличии соответствующих условий принять решение об аннулировании лицензии. Следовательно, суд при рассмотрении заявления об аннулировании лицензии не должен ограничиться формальной констатацией факта оборота алкогольной продукции без акцизных марок и специальных марок или с поддельными марками, не выясняя фактических обстоятельств совершения данного нарушения.

Кассационная инстанция признала правомерным и соответствующим установленным по делу обстоятельствам вывод суда первой инстанции по делу № Ф08‑2621/06 о недоказанности вины в обороте алкогольной продукции с поддельными акцизными марками и отсутствии в связи с этим достаточных оснований для аннулирования лицензии. Алкогольная продукция поступила обществу по договору поставки с сопроводительными документами и маркировкой, не вызывающими сомнения в полной легальности данной продукции. Самостоятельно установить фальсификацию региональных марок заинтересованное лицо не имело возможности. Факт фальсификации по внешним признакам установлен лишь в результате экспертного исследования, проведенного в том числе с применением специальных технических средств экспертом, имеющим соответствующую квалификацию.

Практика окружного суда развивает подход, сформулированный в пункте 20 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.04 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях»: при рассмотрении дел об оспаривании решений административных органов о приостановлении или аннулировании лицензии на право осуществления определенного вида деятельности судам необходимо учитывать, что приостановление (аннулирование) лицензии не является административным наказанием в смысле Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а представляет собой специальную предупредительную меру, непосредственно связанную со спецификой деятельности, при осуществлении которой могут затрагиваться конституционные права и свободы, а также права и законные интересы других лиц.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

7.3. Споры, связанные с приостановлением хозяйственной деятельности

Отсутствие нормативных актов, разграничивающих компетенцию уполномоченных федеральных служб в части проведения государственной экологической экспертизы, не является основанием для возложения на природопользователя обязанности по получению в нескольких органах государственной власти положительных заключений экологических экспертиз одного и того же проекта природопользования.

В пункте 5 постановления от 30.07.04 № 401 (в ред. постановления Правительства Российской Федерации от 21.01.06 № 23) «О Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору» Правительство Российской Федерации поручило Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору и Министерству природных ресурсов Российской Федерации внести до 01.10.04 в Правительство Российской Федерации проекты нормативных правовых актов в области осуществления государственного экологического контроля и проведения государственной экологической экспертизы, предусматривающих исключение дублирования функций и обеспечение взаимодействия между Федеральной службой по экологическому, технологическому и атомному надзору и Федеральной службой по надзору в сфере природопользования.

Суд дал оценку доводам участвующих в деле лиц и пришел к выводу, что нормативные акты, разграничивающие компетенцию уполномоченных федеральных служб в части проведения государственной экологической экспертизы, отсутствуют и действующим законодательством не предусмотрена обязанность по проведению экологических экспертиз проектов природопользования в различных органах государственной власти.

Суд сделал правильный вывод о том, что отсутствуют основания для приостановления хозяйственной деятельности, на которую у предприятия имеется соответствующая лицензия и положительное заключение государственной экологической экспертизы, выданное уполномоченным государственным органом (дело № Ф08-876/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

8. Споры, связанные с применением таможенного законодательства

Поскольку уплата таможенных сборов по своей правовой природе является компенсацией расходов таможенных органов по осуществлению действий, связанных с таможенным оформлением, то таможенный сбор за таможенное оформление уплачивается отдельно за подачу временной и полной таможенных деклараций.

ЗАО обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконными действий Краснодарской таможни по списанию с общества таможенного сбора по таможенной декларации и обязании таможни возвратить на расчетный счет излишне удержанный таможенный сбор. Требование мотивировано тем, что таможня нарушила положения статьи 357.8 Таможенного кодекса Российской Федерации.

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, в удовлетворении заявленных требований отказано. Судебные акты мотивированы тем, что при упрощенном порядке декларирования сведения о товарах заявляются дважды - при подаче временной и полной деклараций. Соответственно, таможенный орган дважды совершает действия, связанные с таможенным оформлением, что является основанием для уплаты сборов за таможенное оформление при подаче каждой таможенной декларации.

Суд кассационной инстанции, оставляя без изменения судебные акты, указал, что согласно пункту 1 статьи 138 Кодекса при вывозе с таможенной территории России российских товаров, в отношении которых не могут быть представлены точные сведения, необходимые для таможенного оформления, в соответствии с обычным ведением внешней торговли, допускается их периодическое временное декларирование путем подачи временной таможенной декларации.

В силу пункта 2 статьи 138 Кодекса после убытия российских товаров с таможенной территории Российской Федерации декларант обязан подать полную и надлежащим образом заполненную таможенную декларацию на все российские товары, вывезенные в определенный период времени. При этом декларантом представляются полные и достоверные сведения, необходимые для окончательного таможенного контроля в отношении ввозимых (вывозимых) товаров. Подача полной и надлежащим образом заполненной таможенной декларации осуществляется в срок, устанавливаемый таможенным органом по заявлению декларанта. При установлении такого срока учитывается срок, необходимый декларанту для получения сведений, достаточных для подачи полной и надлежащим образом заполненной таможенной декларации. Предельный срок подачи полной и надлежащим образом заполненной таможенной декларации составляет 90 дней со дня, следующего за днем истечения периода времени для вывоза декларируемых товаров.

Период времени, в течение которого предполагается вывозить российские товары, декларируемые с использованием временной таможенной декларации, определяется декларантом. В отношении российских товаров, которые облагаются вывозными таможенными пошлинами или к которым применяются запреты и ограничения, установленные в соответствии с законодательством Российской Федерации о государственном регулировании внешнеторговой деятельности, этот период не может превышать один календарный месяц, а временная таможенная декларация принимается таможенным органом не ранее чем за 15 дней до начала этого периода (пункт 3 статьи 138 Кодекса). На основании пункта 4 статьи 138 Кодекса во временной таможенной декларации допускается заявление сведений исходя из намерений о вывозе ориентировочного количества российских товаров в течение определенного периода времени, условной таможенной стоимости (оценки), определяемой согласно планируемому к перемещению через таможенную границу количеству российских товаров, а также исходя из предусмотренных условиями внешнеэкономической сделки потребительских свойств российских товаров и порядка определения их цены на день подачи временной таможенной декларации.

Подпункт 31 пункта 1 статьи 11 Кодекса устанавливает, что таможенный сбор - платеж, уплата которого является одним из условий совершения таможенными органами действий, связанных с таможенным оформлением, хранением, сопровождением товаров. В соответствии с пунктом 1 статьи 357.1 Кодекса к таможенным сборам, в частности, относятся таможенные сборы за таможенное оформление.

Таможенные сборы исчисляются лицами, ответственными за уплату таможенных сборов, самостоятельно, а также таможенными органами при выставлении требований об уплате таможенных платежей (пункт 1 статьи 357.3 Кодекса).

В силу пункта 1 статьи 357.6 Таможенного кодекса Российской Федерации таможенные сборы за таможенное оформление должны быть уплачены до подачи таможенной декларации или одновременно с подачей таможенной декларации. Согласно пункту 1 статьи 357.10 Кодекса ставки таможенных сборов за таможенное оформление устанавливаются Правительством Российской Федерации. Размер таможенного сбора за таможенное оформление должен быть ограничен приблизительной стоимостью оказанных услуг и не может быть более 100 тыс. рублей.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.12.04 № 863 установлены ставки таможенных сборов за таможенное оформление товаров. Пунктом 7 указанного постановления определено, что в случае повторной подачи таможенной декларации на одни и те же товары при заявлении одного и того же таможенного режима (за исключением подачи полной таможенной декларации при периодическом временном декларировании) таможенные сборы за таможенное оформление уплачиваются в размере 500 рублей.

Письмом от 29.12.04 № 01-06/12890 Федеральная таможенная служба разъяснила, что при периодическом временном декларировании таможенные сборы за таможенное оформление уплачиваются до или одновременно с подачей каждой таможенной декларации (временной и полной).

Таким образом, поскольку уплата таможенных сборов по своей правовой природе является компенсацией расходов таможенных органов по осуществлению действий, связанных с таможенным оформлением, суд первой и апелляционной инстанций пришел к обоснованному выводу, что таможенный сбор за таможенное оформление уплачивается отдельно за подачу временной и полной таможенных деклараций (дело
№ Ф08-361/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

9. Применение арбитражного процессуального законодательства

1. Довод заявителя о рассмотрении заявления об отказе от апелляционной жалобы в его отсутствие не является основанием для пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам, поскольку в статье 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации речь идет об обстоятельствах дела, а не процесса его рассмотрения.

Фонд государственного имущества обратился с иском к пароходству и обществу о признании недействительным аукциона по продаже имущества пароходства.

Суд первой инстанции в иске отказал.

При рассмотрении дела в апелляционной инстанции лицо, обратившееся с жалобой, заявило отказ от жалобы, отказ принят судом, производство по делу прекращено.

Определением апелляционной инстанции в удовлетворении заявления третьего лица о пересмотре определения по вновь открывшимся обстоятельствам отказано.

Окружной суд поддержал выводы суда.

В соответствии со статьей 309 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может пересмотреть принятый им и вступивший в законную силу судебный акт по вновь открывшимся обстоятельствам по основаниям и в порядке, которые предусмотрены в главе 37 Кодекса.

Из части 1 статьи 311 указанного Кодекса следует, что основаниями пересмотра судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам являются именно обстоятельства дела, а не процесса его рассмотрения. Вместе с тем заявитель ссылается на обстоятельства, связанные с рассмотрением дела, которые не относятся к вновь открывшимся. Нарушение норм права является основанием для проверки законности в порядке обжалования судебных актов, а не для пересмотра его по вновь открывшимся обстоятельствам (дело № Ф08-470/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

2. При коллизии подсудности, определенной законом и договором, приоритет должен отдаваться законной подсудности, так как в ином случае существенно нарушаются права стороны, не заключавшей соглашение о договорной подсудности, на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом, что является составной частью права гражданина на судебную защиту.

Торговый дом обратился с иском к фирме и обществу об истребовании имущества. Уточнив предмет иска, истец просил обязать фирму передать удерживаемый без оснований товар и взыскать убытки за утраченный товар.

Судебные инстанции удовлетворили иск.

Окружной суд, отменил судебные акты вследствие несоответствия выводов, содержащихся в них, фактическим обстоятельствам и направил дело на новое рассмотрение.

При принятии иска к своему производству арбитражный суд исходил из того, что договорами складского хранения между торговым домом и обществом разрешение связанных с этими договорами споров отнесено к юрисдикции этого суда. Однако суд не учел, что согласно части 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц). Фирма не участвовала в названных договорах, поэтому принятые на себя торговым домом и обществом обязательства разрешать споры в определенном договором арбитражном суде не имеют силы для фирмы.

Поскольку торговый дом счел необходимым предъявить иск и к владельцу товарного склада (фирме), у последнего возникло законное право на рассмотрение заявленных к нему требований арбитражным судом по месту его нахождения (статья 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). При коллизии подсудности, определенной законом и договором приоритет должен отдаваться законной подсудности, так как в ином случае существенно нарушаются права стороны, не заключавшей соглашение о договорной подсудности. ЗАО «Липсанен Инкорпорейтед» неоднократно в отзывах заявляло в судах первой и апелляционной инстанций о нарушении правил подсудности.

В связи с отменой судебных актов по указанным основаниям Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа на основании статьи 39 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации направил дело на рассмотрение по месту нахождения ответчика (дело № Ф08-805/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

3. Независимо от того, как сформулированы исковые требования, при ссылке истца на совершение сделки с нарушением закона необходимо применять нормы материального права, регулирующие вопросы недействительности сделок, в частности, нормы об исковой давности.

Компания обратилась с иском к фирме и обществу о переводе на истца прав покупателя акций общества.

Судебные инстанции отказали в иске. При продаже закрытым акционерным обществом третьему лицу дополнительно выпущенных акций закон предусматривает возможность признания такой сделки недействительной, но не допускает применения по аналогии перевода на заинтересованное лицо прав покупателя, как в случае отчуждения акционером принадлежащих ему акций. Заявитель пропустил предусмотренный статьей 26 Федерального закона «О рынке ценных бумаг» сокращенный срок исковой давности для предъявления иска о признании сделки недействительной. Кроме того, преимущественное право истца не нарушено.

Окружной суд поддержал выводы судов. Судебные инстанции правильно учли отсутствие в законе для данного вида сделок такого последствия, как перевод прав покупателя. Таким образом, независимо от того, как сформулированы исковые требования, при ссылке истца на совершение сделки купли-продажи с обыкновенными акциями дополнительного выпуска с нарушением закона необходимо применять нормы материального права, регулирующие вопросы недействительности сделок, в частности, нормы об исковой давности (дело № Ф08-6542/05).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

4. Заявленные прокурором требования о признании незаконным бездействия государственного органа и обязании его принять меры к регистрации перехода права на имущество, переданное предприятию по договору хозяйственного ведения, относятся к гражданско-правовым отношениям, поэтому статья 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подлежит применению. Прокурор не вправе заявлять такие требования согласно статье 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Прокурор обратился с заявлением о признании незаконным бездействия Комитета по имущественным отношениям, выразившегося в ненадлежащем осуществлении контроля за использованием республиканской собственности и непринятием мер по обеспечению регистрации перехода права собственности за государственным унитарным предприятием недвижимого имущества, переданного ему на праве хозяйственного ведения в соответствии с требованиями действующего законодательства и обязании комитета в месячный срок после вынесения решения обратиться в регистрирующий орган для регистрации права хозяйственного ведения предприятия на недвижимое имущество в Едином государственном реестре юридических лиц.

Решением в иске отказано со ссылкой на то, что закон не устанавливает срок, в течение которого с момента передачи имущества унитарному предприятию должна производиться регистрация права хозяйственного ведения; с заявлением о государственной регистрации права следует обратиться унитарному предприятию, а не комитету; прокурор не доказал, что отсутствие регистрации нарушает права и интересы граждан и организаций в сфере предпринимательской деятельности.

Окружной суд оставил без изменения судебный акт, указав, что статья 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающая участие в деле прокурора, содержит исчерпывающий перечень заявлений и исков, с которыми прокурор вправе обратиться в арбитражный суд. Заявленные прокурором требования о признании незаконным бездействия государственного органа и обязании его принять меры к регистрации перехода права на имущество, переданное предприятию по договору хозяйственного ведения, относятся к гражданско-правовым отношениям, поэтому статья 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не подлежит применению по данному делу. Прокурор не вправе заявлять такие требования согласно статье 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (дело № Ф08-1353/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

5. Поскольку между сторонами имеется спор о доле в уставном капитале общества, удовлетворение обеспечительной меры в виде запрета обществу осуществлять государственную регистрацию выпуска акций является обоснованным. Выпуск акций может привести к возникновению у третьих лиц прав на акции общества в результате их отчуждения, что затруднит или сделает невозможным исполнение судебного акта. Учитывая, что совершение сделок возможно после государственной регистрации выпуска акций, обеспечительная мера должна заключаться в запрете осуществлять государственную регистрацию выпуска акций общества.

Рассматривая иск участника к обществу о восстановлении принадлежащей ему доли в уставном капитале, суд удовлетворил ходатайство о принятии обеспечительной меры в форме запрета обществу распоряжаться долей в уставном капитале, а также передавать указанную долю в залог и отказал в принятии меры в виде запрета обществу осуществлять выпуск акций.

Отменяя судебный акт в части отказа в удовлетворении ходатайства о принятии обеспечительных мер в виде запрета обществу осуществлять выпуск акций, кассационная инстанция указала следующее. Общество утвердило порядок обмена долей на акции. Учитывая, что между сторонами имеется спор о доле в уставном капитале общества, кассационная инстанция считает обоснованным удовлетворение этой меры, так как выпуск акций может привести к возникновению у третьих лиц прав на акции общества в результате их отчуждения, что затруднит или сделает невозможным исполнение судебного акта. Поскольку совершение сделок возможно после государственной регистрации выпуска акций, обеспечительная мера должна заключаться в запрете компетентному органу осуществлять государственную регистрацию выпуска ценных бумаг (акций) общества (дело № Ф08-130/06).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

6. Если права на спорные доли в общей собственности на землю вносились в качестве пая в капитал кооператива и являются его собственностью, то спор о выделении земельной доли возникает из корпоративных отношений и относится к подведомственности арбитражных судов (статья 33 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Если спор возник между участниками общей долевой собственности, которые не являются предпринимателями и не вносили доли в уставный (паевой) фонд, такой спор не подведомствен арбитражным судам и подлежит рассмотрению в суде общей юрисдикции.

Глава крестьянского хозяйства обратился с иском к кооперативу об обязании ответчика подписать акт согласования границ земельного участка.

Решением иск удовлетворен.

Кассационная инстанция, отменив судебный акт и направив дело на новое рассмотрение, указала следующее. Суд не выяснил, кто является собственником общего земельного участка, тогда как от выяснения этого вопроса зависит определение надлежащего ответчика по заявленному иску. Если права на спорные доли в общей собственности на землю вносились в качестве пая в капитал кооператива и являются его собственностью, то спор о выделении земельной доли возникает из корпоративных отношений и относится к подведомственности арбитражных судов (статья 33 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Если спор возник между участниками общей долевой собственности, которые не являются предпринимателями и не вносили доли в уставный (паевой) фонд, такой спор не подведомствен арбитражным судам и подлежит рассмотрению в суде общей юрисдикции (дело № Ф08-5996/05).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в судебной практике ФАС СКО и других окружных судов не выявлены.

7. Запрет на осуществление прав акционера (права голосовать на собрании акционеров) не является мерой, направленной на обеспечение иска об истребовании акций из чужого незаконного владения.

Акционер обратился с иском об истребовании акций из незаконного владения и обязании восстановить в реестре акционеров записи о праве собственности на названные акции.

Суд первой инстанции по ходатайству истца в порядке принятия мер по обеспечению иска запретил ответчику осуществлять права акционера по спорным акциям, в том числе принимать участие в общих собраниях акционеров с правом голоса по вопросам повестки дня до вынесения судом решения по делу.

Постановлением апелляционной инстанции определение отменено.

Окружной суд согласился с выводами апелляционной инстанции. Принятые судом обеспечительные меры не могут повлиять на возможность или невозможность перехода права собственности на спорные акции; названные меры не имеют отношения к предмету спора и не могут обеспечить в будущем исполнения решения суда; истец не обосновал достаточность и необходимость их применения.

В рассматриваемом деле затруднить или сделать невозможным исполнение решения может отсутствие у ответчика соответствующих акций. В пункте 11 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.07.03 № 72 указано, что возможность отчуждения ответчиком ценных бумаг, которые являются предметом спора, третьим лицам может являться основанием для наложения арбитражным судом ареста на эти бумаги. Таким образом, обеспечительной мерой, соответствующей исковым требованиям, был бы арест акций.

Запрет на осуществление прав акционера не является мерой, направленной на обеспечение иска об истребовании акций из чужого незаконного владения (дело
№ Ф08-695/06).

Практика сложилась, в частности, на основе названного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, однако выявлено одно противоречивое постановление Федерального арбитражного суда Центрального округа от 03.09.04 № А35-5725/04-С11.

8. Поскольку суд не принял встречный иск к производству, у него отсутствовали основания для исследования обстоятельств, относящихся к этому иску.

Общество обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании задолженности по договору поставки.

Ответчик предъявил встречный иск о взыскании с общества задолженности по оплате по встречным поставкам.

Определением суд отказал в принятии встречного искового заявления.

Изменяя судебные акты, суд кассационной инстанции исходил из следующего. Несмотря на отказ в принятии встречного искового заявления, суд при отсутствии процессуальных оснований исследовал и оценил взаимоотношения сторон, касающиеся встречных поставок ответчика в адрес истца.

Суд не учел, что договор поставки, ненадлежащее исполнение которого ответчиком послужило причиной для обращения общества в суд, предусматривает денежную форму оплаты товара. Стороны не приводили доводы и не представляли доказательств изменения данного условия, а также объявления зачета в порядке статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации по встречным однородным требованиям.

Предъявление встречного иска было направлено на зачет встречного однородного самостоятельного требования, т. е. требования из отношений, выходящих за рамки спорного договора.

Поскольку суд не принял встречный иск к производству, у него отсутствовали основания для исследования обстоятельств, относящихся к этому иску. Таким образом, выводы, касающиеся встречной поставки ответчиком металла (металлолома) истцу, подлежат исключению из мотивировочной части судебных актов (дело № Ф08-6670/05).

9. Различные основания возникновения обязательств по однородным требованиям не препятствуют рассмотрению этих требований в рамках одного производства.

Фонд обратился в арбитражный суд с иском к агрофирме о взыскании задолженности по двум договорам: договору купли-продажи с рассрочкой платежа и договору перевода долга.

Решением суд исковые требования удовлетворены.

Суд кассационной инстанции оставил судебный акт без изменения, отклонив доводы заявителя о нарушении судом статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 2 статьи 130 Кодекса арбитражный суд первой инстанции вправе объединить несколько однородных дел, в которых участвуют одни и те же лица, в одно производство для совместного рассмотрения. Поскольку требования фонда являются однородными (взыскание задолженности и процентов за пользование кредитом) и должником в данных правоотношениях выступает агрофирма, то суд был вправе рассмотреть указанные требования в одном производстве. Названная норма закона указывает на однородность требований, а не на основания их возникновения, поэтому суд правомерно рассмотрел заявленные требования в одном производстве. Заявитель не доказал, что это повлекло за собой нарушение его прав и законных интересов, неполноту исследования обстоятельств дела либо вынесение незаконного и необоснованного судебного акта (дело № Ф08-100/06).

Приведенный вывод соответствует пункту 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.05 № 99 «Об отдельных вопросах практики применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации».

Вопрос. Возможно ли принять к рассмотрению исковое заявление, если в нем соединены имущественные требования, вытекающие из нескольких не связанных между собою договоров, но подтверждение исполнения или неисполнения которых основано на одних доказательствах?

Ответ. В соответствии с частью 1 статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе соединить в одном заявлении несколько требований, связанных между собой по основаниям возникновения или представленным доказательствам. В частности, возможно соединение в одном заявлении нескольких имущественных требований, вытекающих из нескольких не связанных между собой договоров, если доводы истца или ответчика о неисполнении или исполнении обязательств по договорам основаны на содержании одного документа. Необходимо учитывать, что нарушение правил соединения нескольких требований не является само по себе основанием к отмене решения, вынесенного по результатам рассмотрения таких требований.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлениях от 18.08.05 № 6704/05 и 4191/05 пришел к выводу о необходимости рассмотрения в одном производстве требований о признании недействительными договора на расчетно-кассовое обслуживание, договора поставки и договоров уступки требования, поскольку заявленные требования связаны между собой представленными доказательствами.

Иная практика обнаружена в постановлении Федерального арбитражного суда Московского округа от 06.12.04 по делу № КГ-А40/11264-04, где суд указал, что истец соединил в исковом заявлении требования по четырем договорам уступки права требования, что само по себе создавало существенные затруднения в полном, всестороннем и объективном рассмотрении иска по существу. Федеральный арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в постановлении от 15.05.03 по делу
№ А33-19057/02-С1-Ф02-1384/03-С2 рассмотрел требования из договоров перевода долга, денежного займа и купли-продажи в качестве неоднородных. Аналогично оценил Федеральный арбитражный суд Волго-Вятского округа в постановлении от 07.04.2000 по делу № А38-11/19-2000 требования из нескольких самостоятельных кредитных договоров, каждый из которых оформлен на различные суммы, имеет свой срок действия и порядок исполнения.

Противоречия по выводу в практике Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, ФАС СКО и других окружных судов не обнаружены.

Президиум Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа в постановлении от 18.09.06 № 43 пришел к выводу о том, что нарушение подпункта 2 пункта 1 статьи 129 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при вынесении определения о возвращении иска не является безусловным основанием для отмены данного определения.

10. Привлечение к субсидиарной ответственности лица, освобожденного от уплаты государственной пошлины, не является основанием для освобождения от уплаты государственной пошлины основного должника.

Решением арбитражного суда удовлетворены исковые требования общества о взыскании с КЭЧ задолженности по оплате за потребленную электроэнергию. В случае отсутствия денежных средств у первоначального должника суд присудил произвести взыскание в субсидиарном порядке с Министерства обороны Российской Федерации.
Государственная пошлина по иску взыскана с КЭЧ в доход федерального бюджета.

В кассационной жалобе КЭЧ просило отменить решение в части взыскания с нее государственной пошлины по тому основанию, что в связи с привлечением к субсидиарной ответственности Минобороны России, являющегося органом исполнительной власти, государственная пошлина в силу подпункта 1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации не подлежит взысканию с ответчика.

Суд кассационной инстанции отклонил данный довод, указав, что правовым основанием привлечения Минобороны России к субсидиарной ответственности является статья 120 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой при недостаточности денежных средств у учреждения субсидиарную ответственность по его обязательствам несет собственник соответствующего имущества. Таким образом, статья 120 Кодекса регламентирует основания субсидиарной ответственности по гражданско-правовым обязательствам, а не налоговым обязанностям, каковой является обязанность уплатить госпошлину. Правовые основания освобождения самой КЭЧ от уплаты госпошлины отсутствуют (дело № Ф08-6682/05).

Практика Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации не обнаружена.

Противоречия по выводу в практике ФАС СКО и иных окружных судов не выявлены.

11. Нарушение арбитражным судом принципа разумности срока разбирательства имущественного спора (пункт 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и его основных свобод, часть 3 статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в частности, нерассмотрение вопроса о возможности принятия искового заявления в течение длительного периода времени, является основанием для отмены определения о возвращении искового заявления.

Глава крестьянского (фермерского) хозяйства направил в арбитражный суд исковое заявление с ходатайством об отсрочке уплаты государственной пошлины до рассмотрения иска по существу и приложения к нему, которые были получены судом 07.02.05 и 09.02.05. Не получив копии определения о принятии искового заявления к производству или о его возврате, глава крестьянского (фермерского) хозяйства направил в суд запрос, в ответе на который 12.09.05 руководитель аппарата суда сообщил, что исковое заявление оставлено без движения.

Определением от 16.09.05, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, исковое заявление возвращено главе крестьянского (фермерского) хозяйства в связи с отказом в удовлетворении ходатайства об отсрочке уплаты государственной пошлины, поскольку не представлены сведения о перечне счетов крестьянского (фермерского) хозяйства, наименований и адресов банков и иных кредитных учреждений, в которых эти счета открыты.

Окружной суд отменил судебные акты, направил исковое заявление главы крестьянского (фермерского) хозяйства в суд первой инстанции для рассмотрения вопроса о его принятии, указав следующее. Согласно статье 6 Конвенции о защите прав человека и его основных свобод каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок. В соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации задачами судопроизводства в арбитражных судах являются обеспечение доступности правосудия в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также справедливое публичное судебное разбирательство в установленный законом срок. Совершение действий в сроки, установленные Кодексом, является одной из гарантий соблюдения принципа законности в арбитражном судопроизводстве, а также гарантией прав и законных интересов участников арбитражного процесса. Соблюдение соответствующих процессуальных сроков при выполнении процессуальных действий является обязанностью арбитражного суда и участников арбитражного процесса.

Как следует из пункта 8 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.99 № С1-7/СМП-1341 «Об основных положениях, применяемых Европейским судом по правам человека при защите имущественных прав и права на правосудие», неоправданные действия судов расцениваются как факты, свидетельствующие о нарушении принципа разумности срока разбирательства имущественного спора.

Вопрос о принятии искового заявления главы крестьянского (фермерского) хозяйства не рассмотрен в срок, установленный Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации. Учитывая бездействие суда при рассмотрении вопроса о принятии искового заявления главы крестьянского (фермерского) хозяйства, общий период времени, прошедший с даты поступления заявления в суд и до даты вынесения определения о возвращении искового заявления, составляющий более шести месяцев, не может сам по себе считаться удовлетворяющим требованию о разумном сроке. Нерассмотрение судом вопроса о возможности принятия искового заявления главы крестьянского (фермерского) хозяйства в течение длительного периода времени нарушает пункт 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и его основных свобод, часть 3 статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Учитывая позицию Европейского суда по правам человека о недопустимости неоправданных действий судов, следствием которых может явиться нарушение принципа разумности срока разбирательства имущественного спора, судебные акты отменены
(дело № Ф08-451/06).

10 октября 2006 г.

Опубликовано: 08.01.2010 16:45 Обновлено: 31.05.2011 18:46

Обобщение судебной практики по делам, рассмотренным в кассационном порядке в первом полугодии 2006 года.

6.2. Споры по уплате налога на добавленную стоимость

7.2. Споры, связанные с аннулированием лицензии

7.3. Споры, связанные с приостановлением хозяйственной деятельности

8. Споры, связанные с применением таможенного законодательства

Компания обратилась с иском к фирме и обществу о переводе на истца прав покупателя акций общества.

Популярные запросы